Раубриттер (IІ. - Spero)

Подарю самые совершенные в мире сенсоры и радары. А еще я дам тебе имя. Настоящее имя, как и полагается всякому рыцарю. Только вытащи меня отсюда, только не вздумай испустить дух, только не…

Голубая бездна вдруг разошлась перед глазами, плеснув напоследок тяжелой ленивой волной по лицевой броне. Гримберт совсем рядом увидел истыканный обломками льда берег и двинулся к нему с тяжелой грацией грузового трицикла. Жидкость потоками стекала с его наплечников, ему казалось, что он ощущает ее пробивающийся в кокпит запах, отдающий ржавчиной.

Лишь вынырнув на поверхность, сенсоры доспеха стали вновь воспринимать звуки, и звуков этих оказалось чертовски много. Так много, что Гримберт едва не отключил рефлекторно все сенсоры разом. Оглушительный треск льда, плеск тяжелой жидкости под ним – и крики. Очень много криков. Но это не были охотничьи кличи или боевые возгласы. Люди, оказавшиеся в ловушке, уже не помышляли о продолжении охоты и забыли про свое оружие.

Если они о чем-то и помышляли, то только о спасении.

Точно грешники, взывающие к милосердию Создателя на смертном одре, будучи уже затягиваемыми чертями за одну ногу в полыхающие адские бездны.

Слишком поздно.

Слишком много времени было потрачено, слишком много сил израсходовано. Но так уж устроена человеческая душа, тоже предельно архаичная и странная в своей противоречивой божественной конструкции, что жаждет спасения в последний момент, даже понимая, что не имеет права на него уповать…

Некоторые, самые проворные или сообразительные, устремились к берегу, но его близость была обманчивой, а лед под их ногами лишь казался прочным и толстым.

Едва только монолитная прочность его структуры оказалась повреждена, он стал стремительно дробиться на сотни мелких осколков, отрезая пути к спасению. Под ногами у бегущих сами собой распахивались полыньи и промоины, а тонкие змеящиеся трещины в считанные секунды обращались провалами, заполненными матовой, вязко колышущейся, жидкостью.

Лед на озерной или речной воде никогда не ведет себя подобным образом, но то, что ждало наемников Лотара подо льдом, не было водой.

Может, кровью Сатаны, которую тот пролил, пытаясь проглотить исполинский острый булыжник, именуемый Альбами, но точно не водой. Цепная реакция, подумал Гримберт, это должно быть чем-то вроде цепной реакции. Но едва ли люди, в панике бегущие прочь, думали об этом. Они думали лишь о спасении, но, глядя на то, как лопается лед у них под ногами, Гримберт не дал бы им много шансов.