Эрсус. Зегарн

– Тогда с кем я говорю сейчас, со своей бабушкой или Рекшессой? – напрягшись, спросил я, хотя и понимал всё головой, но спросить был просто обязан.

– А сам ты как думаешь? – с широкой улыбкой спросила она, погладив меня по волосам и аккуратно коснувшись шрамов на лице, от чего сразу поникла. – Но лучше отвечу сама, чтобы не смущать тебя лишний раз… Я твоя бабушка, Белова Раиса Николаевна, но с обрывками воспоминаний из прошлой жизни, которые также стали мною. Так, думаю, будет яснее…

От её ответа, не знаю почему, но я выдохнул, и это не укрылось от её взгляда, от чего та вновь тепло улыбнулась.

– Тогда объясни мне, как получилось так, что и я стал Картаром? Я ни в коем разе, не виню тебя, бабуль, за твоё решение, но было бы хорошо обговорить этот момент со мной перед инициацией, – с легкой улыбкой заметил я – И что вообще случилось с нашей расой? Куда ушли Картары? Что с ними стало? Живы ли они? – вопросы от меня посыпались как из рога изобилия.

– О, на последний вопрос я могу ответить незамедлительно, – грустно вздохнула бабуля.

– Картары живы… и прямо сейчас, один из них стоит передо мной, – с некими ностальгическими нотками ответила она.

– А другие? – не понял я её.

– Палаша, других более нет, ты единственный…

От такого прямого ответа я слегка выпал в осадок, да и Некто был в значительном ступоре от услышанного.

– Почему я единственный?

– На то была воля Создателя, мой милый. Даже не воля, а величайшее сострадание и его благословение за весь наш тяжкий труд, – спокойно огласила бабуля, присев на стул рядом и взглянула опять на меня.

– Сейчас ты лишь можешь догадываться, что это было за сострадание, да и то вряд ли поймёшь, просто это слишком сложно, поэтому я расскажу всё, что помню с самого начала. И ты сам уже для себя решишь, верно поступили мы или нет. Но лучше отвечу на твой первый вопрос. Почему ты Картар…

Бабуля вновь тяжело вздохнула, заметно было, что руки у неё подрагивали, но собравшись с силами, она вновь продолжила:

– Во всём виноват мой страх и мой эгоизм.

Я всегда любила твоего деда, полюбила его с первого взгляда и сейчас люблю. Но своего сына, твоего отца, я любила больше, гораздо больше. После на свет появились вы. И эта любовь передалась вам, и воспоминания Рекшессы стали забываться… – пожилая женщина на миг осеклась, смахивая выступившую слезу, – … а после моего сына не стало. Его убили. Убил загулявший Эрсус. От боли утраты и этой потери, я выла волком и лезла на стены.