Дитя Ужаса

За всю свою жизнь он не видел ничего подобного и даже не слышал о таких случаях. Только тогда Силь-болу в голову пришла мысль, что его ученик не такой уж обычный человек. Но эта мысль так же быстро покинула его. Старику было все равно, он не любил лезть в душу эльфам и людям. Его устраивало то, что Дормасар оказывал неоценимую помощь в исследованиях. Возможно, благодаря именно этой черте – отсутствию любопытства ко всему, кроме науки и магии – старик не вызывал раздражения. Неизвестно, что бы сделал Дитя Ужаса, если бы Силь-бол догадался или стал допытываться, кем является его ученик, но явно это не сулило ничего хорошего.

Больших успехов достигли они в алхимии. Со временем даже научились преобразовывать другие металлы в золото. Но через время оно разрушалось и превращалось в пыль.

Решили заняться изучением и классификацией магических рун. Ведь не секрет, что если на лезвие меча нанести нужные письмена, он становится магическим оружием, обладающим сверхъестественными способностями.

На самом деле ничего нового выяснить им не удалось. Но все же, их работа не была напрасной. Дормасар и Силь-бол составили список огромного количества рун, обладавших различными свойствами. Самому лучшему кузнецу Эниона они сделали заказ на длинный кинжал из адамантина. Через три дня он был готов. У себя в лаборатории старик и чужеземец начали наносить на лезвие кинжала магические руны-символы, придавая клинку способности. Работа была тонкой и требующей максимального внимания. Значение в рунах имела каждая завитушка. В итоге длинный кинжал приобрел возможность превращать плоть в камень. Силь-бол подарил клинок Дормасару. Дитя Ужаса поблагодарил за полезный подарок и в дальнейшем никогда не расставался с кинжалом, дав ему имя Огкам.

В библиотеке принца, жадно проглотив исторические труды и изучив все доступные карты, странник взялся за книги по тактике боя. Он знал, что в будущем ему предстоит не просто показывать свою храбрость и силу на поле боя, как во время битвы за Энион, а командовать войсками.

Силь-бол очень привязался к ученику. Постепенно у них сложился ритуал – по вечерам, когда дневные труды были окончены, учитель и ученик отдыхали и общались. Впоследствии к ним присоединялся Акенун. Втроем они сидели в небольшой гостиной в жилище старого ученого, разговаривая и неторопливо попивая вино из гибридного сорта винограда. Так продолжалось еще месяц.

Дружба между Акенуном и Дормасаром крепла.