Серый Дол

- Умеешь ты рассмешить, Сайн, - проговорил он, отсмеявшись. - Всегда умел.

- Это не шутка, Ломар, - нахмурился Сайн. - Этот зверь может быть очень опасен.

- Пусть только они ко мне явятся, - махнул рукой Ломар, словно речь шла о какой-то шайке шкодящих по округе детишек. - Сами же об этом пожалеют.

- Они? - переспросил, потерявший нить диалога Сайн. - Ты словно знаешь о ком говоришь.

- Словно знаю... - повторил Ломар сухо и, приложив к тому заметные усилия, медленно поднялся с кресла. За сдавленным хрипом Сайн без труда различил боль, которую Ломар тщательно старался скрыть.

Сухой рукой он нашарил деревянную трость.

- Пойдём, Зоркий, старина, покажем моему боевому товарищу наших собачек, - сказал он, и медленно спустившись по ступеням с крыльца, едва передвигая ноги и опираясь на трость, засеменил к вольерам. Пёс побежал вперёд, а Сайн пошёл следом, все ещё обдумывая сказанное Ломаром. Был ли в этих словах смысл? Ломар давно уже не в себе, с тех самых пор как оставил службу и поселился здесь.

Но прежде он никогда и ничего не говорил просто так, без причины.

«Может я попросту не так его понял?» - спрашивал себя Сайн.

- Вот здесь у меня молодняк. Самый последний помёт, - Ломар указал на пятерых подросших, но ещё не приобретших стать своих родителей щенков. - Им два с половиной гексала от роду. Три кабеля, две суки. Вот этот, - Ломар указал на чёрного кабеля с белыми кончиками передних лап, и манишкой, - Злющий как чёрт. Я так и зову его, Чёртом.

Характер похуже, чем у Маллида в молодости, - Ломар хохотнул над своей шуткой. - Можешь взять его, и если правильно воспитаешь, из него выйдет отличный защитник дома. Но к девочкам твоим я бы его не подпускал. Откусит пальчики так, что ты и глазом моргнуть не успеешь. - Сей факт тоже изрядно позабавил Ломара. - Вон в том дальнем вольере выводок постарше, им около года. Осталось только три суки, кабелей забрали деревенские в прошлом гексале. Но и они в защиту сгодятся, будь уверен. Все от того же батьки, что и Клыкастый. А вон та, рыжая, видишь? - Ломар указал на огненно рыжую, длинношёрстную собаку, с вытянутой, лисьей мордой. - Строит остальных. Стерва самая настоящая. Такая и скот сбережёт и к дому чужих не подпустит.

Сайн слушал Ломара в пол уха, а сам всё снова и снова прокручивал в голове их короткий диалог. Затем, больше не желая теряться в догадках, спросил:

- Ломар, прости, но мне не дают покоя твои слова.