Серый Дол

Настроение у него было прескверное. Хотелось выпить. Голова гудела с самого утра, в чём, поначалу он винил Драйгана. Сопляк решил взбрыкнуть и испортил ему этим настроение. Но, чем больше Маллид об этом размышлял, тем яснее ему становилось, что дело тут не только в Драйгане. Он то, в конечном чёте, всего лишь зарвавшийся мальчишка, давно не получавший хорошую взбучку. Стоило задуматься хорошенько над вопросом: почему сын отправился на охоту, на которую должен был отправиться отец, и сразу напрашивался вывод, что главный виновник всей сложившейся ситуации никто иной как Ханрис.

Это он позвал на охоту Драйгана. Но почему? С какой стати потащился в горы с сопляками, а не с верными друзьями и соратниками? Сколько битв они вместе прошли, сколько раз прикрывали друг другу спину, и вот как он решил отплатить? Маллид мог понять, почему Ханрис не взял с собой Сайна. Тот заметно набрал в весе, совсем одомашнился, и навряд ли выдержал бы подъём в гору. О Ломаре и говорить было глупо. Но себя Маллид считал всё таким же, каким он был десять лет назад. Каждое утро, даже сегодня, не смотря на состояние, настроение и погоду, он делал пробежку вдоль реки, примерно в две лиги длинной, не забывал от тренировках с мечом, словом, все эти годы не давал себе спуску и, как следствие, не растерял навыков. Он готов к любой угрозе и напасти. И вот те на... Когда пришёл час, Ханрис не позвал его, а взял желторотиков, даже крови не нюхавших на своём веку. Сей факт не просто раздражал Маллида, он его откровенно выводил из себя, и будь Ханрис рядом, старый вояка пожалуй многое бы ему высказал. Вот только Ханрис был там, в горах, охотился на зверя вместе с его сыном, а Маллид остался один на один со своим размышлениями и выводами. Отсюда и поганое настроение и головная боль, столь сильная, что, казалось, раскалывала его череп.

Войдя в хлев, он поморщился от ударившего в глаза света лампы, висящей на стене. Другая стояла на полу, почти в центре, и таким образом света хватало, чтобы разглядеть всё помещение. Справа от двери, на небольшим табурете сидел Сайн, прислонившись спиной к стене и что-то вертя в руках.

На стоге сена, забросив ногу на ногу, сидела Синта, увлечённо вычищающая ножом грязь из под ногтей. В дальнем конце хлева сгрудились, явно недовольные вторжением чужаков в свой распорядок дня, овцы. Но ко всем ним Маллид тут же потерял интерес, узрев стоящий в центре хлева столик, на котором лежала отрубленная голова какой-то неведомой твари и когтистая лапа рядом с ней.