Серый Дол

- Мне не спится.

- Да ни хрена подобного! Ты дрых еще пять минут назад.

- Как ты можешь это знать, если была так увлечена собой? – спросил брат стальным голосом.

Внутри Синты всё похолодало, и только щеки, наоборот, опалило жаром стыда.

«Она знает, что я делала» - поняла девушка, но вслух сказала:

- Что ты несёшь, дурак?

- Думаешь, я не слышал, чем ты занималась?

- Ты подслушивал за мной?! – возмутилась Синта, понимая, что отрицать что-то глупо и переходя в атаку, постаралась пристыдить брата.

- Весь дом знает, как ты ублажаешь себя! – с неожиданной яростью рявкнул Ронар.

Синта с размаху врезала Ронару в нос. Она сделала это, не столько оскорбившись его словами, сколько от испуга. Воспитываясь бывалым воякой, да еще наравне с братом-близнецом, перед которым не имела никаких поблажек, Синта даже не знала, что такое пощёчина и, когда того требовала ситуация, сразу била с кулака. Раздался хруст. Голова Ронара откинулась, но он сразу же снова наклонил её вперед.

Синта тут же остыла, ощутила укол совести. Она не должна была так срываться.

- Прости, Рон. Давай я принесу…

Синта не договорила. Ронар ударил сестру в ответ, разбив ей губу. Удар был столь сильным, что на мгновение перед глазами Синты взорвался фонтан искр. Она не устояла на ногах и рухнула назад, больно ударившись спиной о край своей кровати. Девушка прижали ладонь к губе, и зло воззрилась на Ронара.

- Ты совсем ума лишился, идиот?! – завопила она, чувствуя вкус крови во рту.

Ронар бросился на сестру, снова замахнувшись кулаком. Синта вжалась в кровать и закрыла лицо руками, защищаясь от удара, которого не последовало. Парень вовремя остановился, словно очнулся ото сна. Он так и застыл над ней, с воздетым кулаком. Поняв, что этот кулак не опустится, девушка медленно развела руки и взглянула на брата. В его глазах она прочла смятение, и даже испуг.

- Что с тобой? – с искренним волнением спросила Синта, глядя на Ронара снизу вверх.

Несколько секунд он пристально смотрел на сестру, ничего не говоря, а только тяжело дыша. Кровь из разбитого носа капала на пол и на подол ночной рубашки Синты.

- Не знаю, Син, - вымолвил наконец Ронар опуская кулак. Из взгляда разом ушла ярость, он снова стал мутным и болезненным. – Не знаю… Но я чертовски голоден!

Выпрямившись, он быстро вышел из комнаты.