Право на жизнь

Окна – не прорубленные, прикрытые лишь ставнями, щели, а широкие, полуциркульные. Сверкали цельными стёклами. И вокруг прямой части, и вокруг верхнего полукруга из стены выступали прямоугольные блоки-квадры, украшенные резным орнаментом. Фронтон тоже весь в орнаменте, причём, если присмотреться – повсюду не гипс, а камень. Посреднику захотелось сплюнуть и порадоваться, что хотя бы мода ставить в парке статуи голых девиц и парней хозяина особняка не коснулась.

Внутри первый этаж был отделан вычурным паркетом редкого дерева, а не плиткой, как рекомендовали традиции.

И всё, что можно, тоже кричало о величии и роскоши. Позолота, ткани изумрудного и винного цвета, редкой красоты и тонкой резьбы мебель. На потолке большая люстра на пару десятков магических свечей, сейчас, впрочем, уже потушенная. Гобелены на стенах настолько тонкой и дорогой работы, что сойдут за картины. Слуга провёл Посредника в кабинет, и хотя бы здесь гость вздохнул с облегчением. Перенимать захлестнувшую Араглин последние лет пять южную моду – делать спальню-кабинет и встречать гостей полулёжа в кровати – Серебряный Янтарь не стал. Сидел за обычным, хотя и очень дорогим столом чёрного дерева с инкрустациями золотом. 

И сразу, едва слуга их покинул, лорд Янтаря принялся брызгать слюной и орать.

– А, явились. Долго вы ехали… 

Скандалистов господин Посредник не любил. Пусть Великий Лес и кабинет в особняке лорда Серебряного Янтаря – это не вонючий базар людских королевств, а благородный гвенъя – не служанка, которой торговец умудрился всучить гнилую рыбу.

Пусть речь достопочтенного Серебряного Янтаря сразу после нескольких раздражённых фраз в начале стала красива, изыскана, витиевата и демонстративно вежлива… Если отбросить шелуху, суть останется той же. 

Посредник дождался, когда в потоке слов наступит пауза, и негромко спросил:

– Так чем же вы недовольны?

Лорд Янтаря посмотрел на собеседника негодующим взглядом, но всё-таки взял себя в руки и наконец-то высказал претензии по существу.

– Девчонка жива. Хотя в своё время вы мне обещали, что её убьют, едва она сбежит из поместья. 

– Тогда произошла случайность. Никто не ждал, что этот метивший в женихи книжный червь потащит вашу племянницу не на запад, где они попытаются сесть на корабль, а на юго-восток. Но, помнится, мы же решили эту проблему? Мы добились внесения вашей родственницы и её любовника в список «нарушивших священные заветы», а Наказующие завершили дело.