Право на жизнь

Тарья от удивления открыла рот, потом, больше на рефлексах щёлкнула каблуками – поскольку явилась прямо из Центра, то на ней тоже была форма – и отрапортовала:

– Младший лейтенант Тарья Килассер по вашему приказанию прибыла.

– Вольно, лейтенант. Присаживайтесь.

Выглядело происходящее совершенно по-идиотски. Манус был настолько гражданским человеком, что не помогали даже погоны. Выглядел он как ряженый или мальчишка, играющий в войну. Но очень серьёзно играющий, аж глаза горят. Поэтому Тарья присела в кресло напротив стола и приготовилась слушать.

– Буду короток. Сейчас, когда с армией вторжения в целом покончено и осталось выловить последних уцелевших, Сенат принял решение провести в отношении гвенъя акцию возмездия. Я возглавлю группу магического сопровождения экспедиционного корпуса. Со мной отправятся ещё пять человек. Идут добровольцы. Но ваша кандидатура предварительно согласована и подходит. Вы имеете обширный опыт применения магии в полевых условиях и наследственные способности видеть иллюзии и чуять ловушки.

Хорошо знаете язык и обычаи Великого Леса.

Тарья мысленно кивнула. Начинала учить ещё в доме отца, а уже здесь вовсю занималась в группе студентов, для которых леди Эйнире Серебряный Янтарь вела углублённый курс языка и обычаев. Заодно прочитала всё, что могла, включая документы с грифом «для служебного пользования», когда получила доступ. Логично, что её включили в группу специалистов.

– Кроме того, – продолжил Манус, – у вас есть и личная заинтересованность, я так понимаю.

Несколько секунд Тарья не могла понять, о чём идёт речь. Пусть внешне это никак не отразилось. Прожив не один год сначала в Воровской Гильдии, потом среди разбойников, девушка привыкла скрывать растерянность под маской напряжённой работы мысли. О чём идёт речь? И тут её озарило. Никита Свиридов! Письма с заставы и на заставу в обязательном порядке проверял военный цензор. Переписка же иногда носила весьма фривольный характер с намёками. Про то, что они так и не стали любовниками, Манус и мысли не допускает.

Но… мстить за Никиту? Перегорело, состояние, накатившее на площади, давно ушло. Но дальше Тарья вспомнила другие гробы. Погибшие в первый день войны дети. Поэтому медленно кивнула.

– Так точно. Каковы будут мои обязанности и когда приступать?

– Я рад, что не ошибся. Назначенный командовать генерал Свиридов, кстати, утверждая списки, тоже был уверен в вашем согласии.

По спине у Тарьи пробежал нехороший холодок. Подозрительно знакомая фамилия.