Гладиатор

– Крестьяне не подойдут, а мы поедим, чтобы меньше нести в руках. Согласен?

Когда шли по деревне, она казалась вымершей. Благодаря юноше не лаяли даже собаки. Путники нашли на берегу удобное место и занялись едой.

– Хлеб масло и сыр, – осмотрев корзину, сказал Отто. – Ты не ешь мясо?

– У неё не было готового, а я не хочу заниматься жаркой, – объяснил Олег. – К тому же осталось не так уж много сил. Мне ещё лечить тебя и нужно оставить запас на крайний случай. Мясо мы добудем в лесу, а сыр в нём не бегает. Ешь и рассказывай, как ты здесь очутился.

– В Артаземме или в этой деревне? – спросил Отто. – Что тебя интересует?

– Меня всё интересует, – с аппетитом уминая хлеб с сыром, ответил юноша. – Я пять лет просидел с жрецами в заброшенном храме. Скучно не было, но почти ничего не знаю о здешней жизни. Ты немец? Начни с того, как тебя поймали.

– Я из Мерцига, – начал свой рассказ Отто. – Это маленький город. Работал в заповеднике, оттуда и забрали. Семьи нет, поэтому часто задерживался на работе. Наверное, меня после пропажи никто не искал.

Здесь очутился лет десять назад и сразу же прибился к одной компании. Недавно их продали в Парму.

– Как продали? – не понял Олег. – Кто?

– В Диких землях осталось раз в тридцать меньше земмов, чем их было в империи, – сказал Отто. – Я называю империей погибший Алург, у земмов нет такого слова. А как ещё называть королевство, которое было в несколько раз больше всех их республик? Так вот, их осталось немного, но всё равно до фига. В городах ещё есть ремесленники, но мало, а населению нужны товары.

Нормальных дорог почти не осталось, и на них сидят грабители. Раньше многие кормились на тракте, а теперь их там гоняют, вот и выкручиваются, кто как может. В последние годы стало прибыльным ловить и продавать людей. В Каргел продают только мужчин, а в Парме покупают и женщин, но мало и дёшево, поэтому с бабами стараются не связываться. Оплату берут товарами, которые здесь продают.

– А за что их здесь покупают? – спросил юноша. – Если нет притока золота и серебра.

..

– Многие подались на границу с Таркширом мыть золото, – сказал немец, – а серебра здесь много. Дикие земли больше Европы, а мне известно только о небольшой их части, от бывшей столицы до тракта. О том, что творится на юге или за горами, вообще никто не знает. Там даже дороги за триста лет заросли лесом.

– Не могут Дикие земли быть больше Европы, – возразил Олег. – Я видел карты в храме.

– Я не считаю Россию, – поправился Отто, – только нашу часть.