Между Раем и Адом

Не хотела признавать очевидные факты. Но отношения во время войны? Нет, это слишком рискованно и глупо. Всё-таки моя рациональность не позволила бы мне пойти на такой шаг.

— Ой, ну, и отрицай дальше, что ты ему нравишься, — фыркнула Кейт, но её не хватило надолго, и спустя пару минут она вновь стала нападать. — Да ладно тебе. Ты разве не видишь, как он на тебя смотрит? Да он буквально не отрывает взгляда. И ещё эти прикосновения. А как в городе вы себя вели?

— Ке-е-ейт, — протянула я, кажется, чувствуя, как краснеют мои щёки.

— Отстань! И вообще, ты ведь спала уже, когда мы говорили на ночь, — парировала я.

— А! Так всё-таки говорили? — победно воскликнула она.

Вот зараза. Не слышала она ничего, а просто блефовала. По сути, я сама себя сейчас выдала.

— Говорили, — сквозь зубы процедила я. — Всё. Я спать хочу. Отстань, — фыркнула и повернулась на бок, а за спиной тем временем смогла услышать ехидный смех сестрички.

Тоже мне, сводница нашлась.

Хоть такие моменты и раздражали, но их наличие периодически поднимало настроение, ведь заставляло чувствовать что-то помимо страха и боли.

Я уже несколько раз задумывалась о том, насколько мы с Кейт подружились за это время, стали настоящими сёстрами, а не врагами по дому. Всё было так легко и непринужденно в общении, что и не скажешь, что мы когда-то ненавидели друг друга. Фактически, Уриил всего лишь ведь заставил её поверить в Рай, но как здорово она изменилась. Стала приятнее и доброжелательнее. Перестала спорить и начала принимать всё на веру. Пожалуй, если бы сестричка действительно была такой, то этих ссор уж точно не происходило бы.

Все семь месяцев осады мы держались втроём. Я, Кейт и Николай. Он более не отходил от меня нас ни на шаг, а по ночам обещал, что не позволит, чтобы меня кто-то тронул. Что больше не ранят. Один раз он даже подставился под удар и пролежал в лазарете около недели. Зато прикрыл меня, а заодно и Кейт.

Так что, когда внезапно, посреди боя, все чернокрылые стали отступать, я даже не сразу поняла, в чём дело.

Только потом услышала громогласный голос Миноса, что так «благородно» решил поступить. Оставить сожжённый город, погибших жителей и просто улететь, чтобы мы смогли проститься с павшими. Отвратительное благородство и ощущение того, будто бы нас буквально растоптали.

Ближе к ночи я ходила по коридорам, пока не наткнулась на Уриила и Селафиила. Они о чём-то разговаривали вполголоса, а, заметив меня, вовсе затихли и обернулись.