Между Раем и Адом

Не находишь, случайно, совпадений? — усмехнулся Минос, но после продолжил. — В ней полегло много ангелов и ирамитасов. Рай плакал кровью, кричал стонами сотней воинов и, когда на это, наконец, обратил внимание сам Бог, когда заставил сыновей и дочерей сложить оружие, прогремел и повелел вернуть чернокрылым ирамитасам, если и не их дом, то хотя бы отношение, что им пообещали сотни лет назад.

Война завершилась, город восстановили, ссоры забылась, и только одинокая Священная кузня работала, как и прежде.

На этом Минос завершил свой рассказ, и в зале повисла тяжёлая тишина. Сейчас я судорожно понимала, что меня обманывали. Обманывали с самого начала и до конца.

— Мы просто боремся за свои земли, желая на них уйти. — Объяснил мне Минос, как неразумному ребенку, — мы хотели показать, что это наша привилегия. Что у нас их отняли обманом! А теперь они в Раю стали вновь теснить ирамитасов, — прошипел с горящими от ненависти глазами он. — Если ты будешь с нами, то тебя никто не тронет.

Тебе дадут лучший меч, залечат раны и тут же принесут нектар. Примкни к нам, дочь Михаила — моего самого злейшего врага, покажи, что тебе не безразлична наша судьба, — произнёс предводитель, глядя на меня и протягивая в мою сторону руку.

В этот момент в голове раздался ужасный пищащий звук, и от боли и шума в ушах я потеряла сознание.

***

Михаил в панике, как загнанный в клетку зверь расхаживал по комнате, в которой был собран Совет архангелов. На лице мужчины отражалась злость и ненависть абсолютно ко всему живому, а главное: он ждал вестей с полей.

Кейт пропала, а с минуты на минуту должны были принести результаты поиска.

— Михаил, она жива. Катрин же… она ведь сейчас с остальными, — осторожно произнёс Гавриил, глядя на брата и пытаясь его успокоить.

— Но это не значит, что она не может быть где-то под завалами или, — Селафиила, ответившего на слова младшего, прервали.

— Замолчи! — в гневе сверкнул глазами старший брат, — не хочу слышать то, что ты можешь даже предположить, — рыкнул он и вновь заметался по комнате.

Наступила гнетущая тишина, которую, наконец, прервал звук открывающейся и ударяющейся о стену двери. Мужчина замер на месте и обратил взгляд на вошедшего солдата.

— Говори, — приказал он.

— Генерал, мы прочесали всё поле боя и, — он буквально на пару секунд замялся, понимая, что не хочет доносить печальных вестей, — не нашли её. Ни под завалами, ни ещё где-то.