Между Раем и Адом

Поскольку ангелы станут охранять территорию крайне тщательно, была мысль перерезать их по очереди, но этот вариант отпал: тут же заметят тела. Тогда решили поступить радикальнее: закидать бомбами. Их уже протестировали и должны были подогнать нам ближе к вечеру. А пока — тренировки, лечение ран и отдых.

Как и было обговорено раньше, ближе к ночи нам доставили оружие. Этого точно должно было хватить, чтобы свалить ангелов. Мне уже стало всё равно, кто из них там погибнет. В живых должна была остаться либо Катрин, либо отец.

Хотя на первое место я всё же ставила именно его смерть. Он не заслуживал прощения за такие подлости, которые были совершены со мной, Эмми, а, главное, матерью.

Поздно ночью мы вышли из сада к Кузне. Минос не собирался оставлять хоть кого-то в саду: все ирамитасы должны были принять участие в бою.

Ну, полетели.

Первыми были подрывники. «Удачи, Крис», — подумала я, глядя на то, как удаляются ребята, становясь маленькими точками на горизонте, а после и вовсе исчезая.

Мы пока шли пешком по саду, ожидая сигнала. А вот и он. Спустя пару минут где-то вдалеке раздались взрывы, и мы разом взмыли в воздух, как можно быстрее долетая до кузни. Как я и представляла, это было огромное здание, которое внутри уходило кратером вниз, обнажая кузни, плавильни и склады, где, судя по всему, хранили оружие. И вот сейчас весь этот муравейник всполошился, начиная собирать своих воинов и давать ответ по нам.

Во всей этой баталии я взглядом искала отца.

А вот и он! Рядом с ним даже других архангелов не было. Ну, конечно, как генерал он наблюдал и периодически приходил кому-то на помощь. Только Михаил собрался куда-то полететь, как я преградила ему путь.

— Не так быстро, Михаил, — прорычала я, начиная тут же атаковать его серией ударов.

— Кейт! Солнце! Я уже соскучился по тебе! — притворно крикнул архангел, пока только защищаясь. — Послушай, я знаю, что они с тобой сделали! Просто не поддавайся их влиянию! — будто бы в отчаянии, крикнул отец.

— Соскучился? Так же, как и по матери? — рыкнула я, нанося восходящий удар и пытаясь уколоть отца.

Он увернулся и парировал ударом в голову, от которого я тут же защитилась. А в глазах уже был виден гнев. Праведный, тот самый, когда лжеца внезапно изобличают и показывают всю его гнилую натуру.

— А ты не промах. Такая же, как и Пенелопа, — прошипел архангел, нанося по мне удары со всей силы и желая, похоже, прям на месте убить.