Между Раем и Адом

Надеюсь, когда мы поедем на запад, мы хоть собственные имена сможем без запинки выговаривать. Так, что ещё там было? Ну, да, пара отрезов ткани, меха, какие-то специи. Похоже, Аластор позаботился, чтобы в случае чего мы смогли бы действительно прикинуться торговцами.

Поболтав ещё где-то с час, мы решили разойтись. Тут Амалию и прорвало. Видимо, она не хотела плакать при парнях, не в её стиле при них показывать свою слабость и беспомощность. Белла тут же к ней подошла, села на кровать, обнимая и пытаясь успокоить.

— Хэй, ты чего? — спросила негромко она, когда мы всё так же непонятливо смотрели на подругу.

— Мне… мне так… жаль. — Всхлипывала она, — жаль, что я так себя вела с вами. Зазналась за время войны, — Амалия закрыла лицо ладонями. — Что… Кейт назвала предательницей, что от вас так отдалилась, а теперь? Теперь я чувствую себя последней… тварью…

— Так, ну хватит, Амалия. — Покачала головой я, — ты не виновата в том, что у тебя были прямые обязанности, заставляющие находиться всё время с Миносом и держаться крайне строго.

Амалия покачала головой.

— Нет. Если бы… если бы я… — концовку я расслышала очень плохо, так что тут уже пришлось включиться и Элизабет.

— Всё в порядке. Не ты одна не доверяла Кейт. Там пол-армии шепталось, что её лучше было бы сжечь на костре, без обид, — обернулась ко мне подруга. — Ты была командиром, и если бы ты ей доверяла, то не обошлось бы без потери авторитета, — достаточно справедливо заметила Эл, и я в подтверждение её слов кивнула.

— Она верно говорит. Не будь ты…

— Меня Минос после падения бросил, — уже почти что проскулила от горя Амалия.

Вот чёрт, тут ещё и разбитое сердце в придачу.

— Он сказал, что я не достойна его, и пусть сама выкарабкиваюсь со своими обожжёнными крыльями. Сказал, что если бы лучше командовала, то нас бы тут не было и Рай был бы нашим, — проревела подруга, и сейчас я почему-то захотела очень сильно ударить этого придурка. — Меня после падения спас неизвестный демон.

— Стоп, стоп, стоп, подруга, — остановила я поток мыслей Амалии. — Ты серьёзно переживаешь за него? Даже после того, как он обвинил тебя во всех своих ошибках? Это ведь он собрал всю армию и бросил на амбразуру! — в сердцах воскликнула я, абсолютно забывая, где мы находимся, и в мою сторону тут же полетели шипения, полные укора, мол, услышат же сейчас. И я стала говорить чуть тише.