Между Раем и Адом

Ну, и общим голосованием класса выбрали не меня. Я был тогда так зол, так завидовал ему, что именно он должен будет участвовать в этом бою. Мне буквально крышу снесло! Тогда я дождался конца уроков и, когда стемнело, — Рик перевёл дух и прикрыл глаза, — напал на ангела. Я ему порезал крылья, раны были не то чтобы самые серьёзные, но и легкими с трудом назвать можно. В общем, летать он не мог. Так что на мероприятии от класса участвовал именно я. Тогда у меня был триумф. Совесть даже не грызла, но после я увидел другое: на меня в классе не начали обращать больше внимания, я не встал где-то у верхушки.

Я ещё больше потерялся среди толпы. Ребята начали ходить к нему в гости, спрашивать, как у него самочувствие. Тогда я понял, что поступил плохо, но ещё хуже стало тогда, когда после выписки он сказал, что больше не сможет летать. Видимо, я задел у него какую-то важную часть на крыльях, которая так до конца и не смогла восстановиться. И да! Я каюсь, чёрт возьми, что был таким уродом! — крикнул он, вскакивая с кровати и глядя на девушку, что с удовольствием слушала эту историю. — Я был ослеплен завистью! Думал, что если устраню его, то так будет лучше! Но нет! Ничего лучше не стало! Мне стало только тяжелей, и сейчас я полностью раскаиваюсь и говорю, что абсолютно не желал никому зла!

На последнем предложении Рик с яростью ударил кулаком о стену и с горящими глазами посмотрел на Зависть, которой, видимо, его слова были, как коту сметана. Она упивалась ими, видя, как ему самому было плохо от этих воспоминаний.

— Смертные говорят, что очищение проходит через боль, и сейчас ты на собственном примере доказал это. Дай руку, — попросила она, протягивая свою ладонь к Рику.

Тот послушно сделал то, что она сказала, и вскоре её длинные когти оцарапали его предплечье, оставляя неглубокие раны.

— Это тебе на память о том, как бывает губительна и больна зависть, — пояснила она и вновь превратилась в чёрную жидкость, что выплеснулась в окно.

На следующее утро все уже были в состоянии ехать дальше, а я всё видел, как в глазах Рика поселилась печаль от своей же ошибки, о которой ему напоминали четыре пореза от когтей на предплечье.

Dum spiro spero. Часть 8

Джек

— Это тебе. Ну, вдруг не доживём…

Я протягиваю кулон Кейт, которая берёт его и улыбается. А она ведь так и не узнает, что там написано.

Её хрупкое тело лежало у меня на руках. Мы не успели совсем немного. Не спасли её, не смогли помочь, её казнили там, в Раю. Занесли клинок и пронзили сердце.