Эдемский Маг. ТОМ I

Похудеешь хоть. — съехидничал маг из Эдема.

Голем в ответ промолчал, продолжая разминать свои твёрдые, хрустящие от каждого движения, ручонки. Вокруг было так серо, а пыльный затхлый воздух буквально давил на ноздри. В далеке гудели заводы, повсюду, словно рукой Сатаны, были раскиданы чёрные громоздкие булыжники на пару с чудными постройками и дурно пахнувшим мусором.

«Пейзаж что надо» — подумал Саркис, ловко прокрутив посох. Всё готово к непредвиденным событиям. Сердце стучит от пьянящего чувства сражения, тело готово даже больше, чем на всё.

— Ну давай, капитан стражи. Покажи мне всё, на что ты способен! — прорычал эдемский маг, внезапно осознавая зачем монстр подготавливал свои грязные жирные руки!

***

Его несли гораздо медленне, чем раньше. Демьян прекрасно понимал этих уставших слуг. Он видел их подгибающиеся бело-красные диковинные тела, видел пот на лбу и боль в глазах.

— Как же вам плохо… А я ещё смею жаловаться? Да меня тут приняли как важного гостя, а единственные рабы здесь — это вы. Слуги, что тащат моё ноющее жалкое тело, слуги, что вынуждены служить до конца своей жизни.

Муравьи молчаливо гнули спины, ни на секунду не поворачивая головы. Пыль вылетала из-под их тонких уставших ног, отчего Демьян вечно звонко чихал, сотрясая красную бархатную подушку до основания.

Вокруг проносились здания, а гул становился всё более невыносимым. Тень огромной, издалека неприметной башни грозно накрыла молчаливую процессию, заставив мага задрать голову. Крепко сложенная из старого камня, кое-где поросшая зелёным пушистым мхом, высокая и слегка наклонённая вбок, она угрожающе нависла над молчаливыми муравьишками.

— А я её только сейчас заметил. Староватая башня, но красный покатый шпиль выглядит новеньким и свежим. Может, именно здесь мне хотят устроить тёплый приём? — при всей царской величественности башенки голос и коленки Демьяна снова пустились в пляс, а из глаз посыпались едва заметные слезинки.

Опять он боится. Опять поджал хвост. И какой из него щит? Спаситель? Клинок? Только и знает что бояться за свою жизнь, эгоистично забывая о страхах и смертях других… Дурак!

Демьян ударил себя по голове, а потом ещё, и ещё, и ещё.

«Вот проклятье. Какой же я, однако, смешной!» — подумал Демьян, почёсывая затылок дрожащей рукой.

Процессия остановилась также резко, как показалась ещё перед Демьяном и Саркисом, тогда ещё не разлучёнными и готовыми преодолевать все трудности вместе. Подушка перестала дрожать, а муравьи аккуратно положили её на серую землю.