Эдемский Маг. ТОМ I

Его улыбающееся лицо смотрело на Дона, что смирно, почти не дыша, лежал в песку.

Всё стихло. Ветер продолжил свой ход, неся песчаные волны всё дальше и дальше. Чуть оглядевшись, Саркис немного удивился:

— Башня стоит в песчаных дюнах под палящим солнцем? Любопытно.

Всё его тело болело и ныло. Всё же не стоило использовать огненную броню по всему телу, это была самая крайняя мера, в данной битве даже несколько неуместная.

— Черт, маны осталось чертовски мало. Мне б какой-нибудь артефакт… — сказал Саркис, жалея, что отдал посох тому деду.

Лоб покрылся мелкой испариной, коленки дрожали, будто у младенца, только вставшего на ножки.

— Ладно, без маны даже интереснее. Правда, Дон?

Архимаг башни Флотлер на трясущихся ногах стоял пред Саркисом. Весь избитый, покрытый кровью и грязью, сейчас его бы не признал ни один из штатных башенных магов.

— Сдавайся, пока на ногах держишься. — проговорил Саркис, переводя несущееся вскачь дыхание.

Искалеченное, обезображенное тело Дона качнулось на нетвёрдых ногах и изобразило подобие улыбки.

— Я никогда не приму, что какой-то выскочка может быть сильней меня. — голос архимага хрипел, после каждого слово вылетала капля крови, будто ставя жирную точку. — Я сражусь с тобой до самого конца.

Саркис усмехнулся и вновь покрыл ладони пламенем:

— Не хочу задерживать тебя, господин высокопоставленный божий архимаг.

Дон раскрутил меч и опустил его вниз. На все действия ушло не больше двух секунд, но этого хватило эдемскому магу для крутого рывка в бок. С его пальцев тут же сорвались шипящие огненные шарики.

Два из них были изящно изрублены в мелкую капусту, но самый последний рухнул прямо в нос, запекая его, как картошку. Даже не поморщившись, Дон принялся раскручиваться в великолепном танце, размахивая оружием, как невесомой спичкой.

Саркис возбужденно прыгал из стороны в сторону, изредка посылая вперёд полукруглые огненные волны. Почти все они доходили до цели и мешала им, исключительно, водяная способность Дона. Бурлящая кристально чистая вода срывалась с меча, несясь как бурный поток.

Волна накрывала огонь, словно тёплое домашнее одеяло, гася и уничтожая все волны неистовой несущейся на всех порах пламенной стихии. После такого фортеля не выживала ни одна из ярко-рыжих огненных атак. Оставался лишь белый клубящийся пар.

С горячих рук Саркиса всё чаще и чаще срывались огненные шары, стрелы и волны, расходуя последние остатки его бесценной маны. Смысла в атаках было откровенно мало, отчего архимаг даже посмеялся.