Эдемский Маг. ТОМ I

Некоторые просто пихали друг друга, другие зарывали лица своих врагов в песок, кто-то падал на тёплый камень уходящей вдаль дорожки, не успевая дойти до деревянных лавок и попить такой вожделенной, такой желанной воды.

— Что? Неужели там конец? — где-то вдали, по-прежнему в ярком солнечном свете, виднелась зелень. Такая близкая, но одновременно и далёкая. — Конец пустыни оказался гораздо ближе, чем я думал. Остался день пути.

Богатырь, бряцая тяжёлым ремнём и железными кнопками на куртке, игнорировал шум и драки обычных людишек, разодетых в серую тонкую ткань.

С гордым невозмутимыми видом маг приковывал внимание каждого встречного и каменное навершие посоха мерцало в такт его величественной ходьбе.

— Эдик, Гедик, или как тебя там — я отомщу за Демиурга, клянусь! — каждое слово мага было, словно нерушимый закон. — Я никогда не прощу убийцу моего брата. Всё, зачем я оказался в этом мире — это ОН. — медленный топот взмывал над каменной дорогой, повисая в воздухе, словно облако. — Я разломал время, уничтожил законы природы, обманул самого Бога, оставшись бессмертным — всё ради одного человека.

Я не безумец, нет. — Топ. Топ. Топ. — Это не моя прихоть, это даже не цель. — Топ. Топ. — Это мечта. Последняя. И если брат мёртв… — Саркис хрустнул пальцами, смотря в зеленеющую даль. — Его убийцу ждёт ад, что для него будет хуже смерти!

Эдемский маг вышагивал и вышагивал, окидывая округу своими жёлтыми фонарями:

— Несмотря на слова Авиада, я более чем уверен в Демиурге. Этот хитрец и огонь переживет, и потоп, и торнадо.

Он всегда был таким… — мечтательно проговорил маг, будто удаляясь в те времена.

Сад, солнце, голубые ручьи, счастливые лица столетних юнцов, что улыбались будто наивные глупые детишки.

— Быть молодыми, глуповатыми, как дети - вот почему всё произошло именно так. Каким бы рай не был прекрасным, нашей миссией было повзрослеть, перерасти внутренних юных детей. — рука крепче сжала вычурный посох. — Может потому нас всех жестоко обманули, может потому каждый съел этот фрукт.

Проклятья, полученные после всего этого, словно шрамы на теле этого ничтожного Нижнего мирка. Демиург, неужто после такого ты отдал свою жизнь в руки смерти? Братец, я никогда не поверю в это! — зубы ярко блеснули в свете солнца, а уголки губ разошлись в стороны, рождая привычную для него безумную широченную улыбку.

Эдемский маг улыбался так, как не улыбался никогда. Безумный, непонятный и непознаваемый, он приближался к своей цели, к своей последней заветной мечте.