Пробоина 1: Магия вето

Отпустил истерзанного Саймона и повернул окровавленную голову, скрипя игольчатой гривой.

– Вася, да на хрена ножом-то? – послышалось от Громова.

Он тужился, пытаясь покрыть каменные кулаки шипами.

Я, перехватив нож обратным хватом, отступал. Да, эта тварина крупная, но вела себя, как собака.

А если пожертвовать левой рукой, позволить схватить её пастью, потом вогнать лезвие в шею, под основание черепа? Нет, меня смущала каменная грива вокруг головы. Не пробью, а только вторую руку себе покалечу.

Снизу ещё труднее попасть, там она когтями мне руку раздерёт.

Теперь я понимал сомнения Саймона перед схваткой – такую зверину размером с телёнка хрен знает как валить. Да ещё вся бронированная.

На меня снова пахнуло псионикой…

Тварь шагнула, разворачиваясь, заклокотала каменным горлом. Странный был звук, будто где-то внутри неё перекатывались жернова. Лишь отчасти это было похоже на рычание.

Я отступил ещё на шаг. Что ж ты не прыгаешь-то?

– Давай ко мне, Вася, тихонько… – пыхтел позади Фёдор.

Такая опасность подарила мне высокую чувствительность, и я остро ощущал, как вокруг витает энергия. Спящий вертун шумел, окатывая слабыми откликами. Позади Гром хрустел гравием, в боксёрской стойке приближаясь ко мне.

От девушки не было никакого излучения, кроме страха. Какая-то она совсем зелёная, и даже Елена-оракул вела себя смелее в степи, где «снежков» была целая толпа, да ещё и вывертыш выполз из вертуна.

А вот от твари веяло псионикой ровным фоном, словно ветер дул, и, судя по всему, это из-за того, что она сама по себе – порождение магии вертуна.

Жжёный псарь!

Я округлил глаза, вдруг снова ощутив ещё один тонкий луч. Более чистая псионика, которая говорила о разуме.

О разуме использующего её мага.

Именно мага, а не твари. Я не сразу это понял, пока не оказался вот так лицом к лицу со смертью. Теперь луч бил чуть со стороны, и становилось понятно, что это идёт не от монстра.

Тут был кто-то третий…

Подняв глаза над каменистой гривой приготовившегося к прыжку «комка», я вгляделся в горный пейзаж.

Впереди скала с бетонной сферой, но правее она разрезалась ущельем, по которому куда-то вверх вела извилистая горная тропка.

И вот на этой-то тропке, гораздо выше нас, за большим камнем кто-то мелькнул. Мне ясно виделись внимательные глаза человека, хладнокровно наблюдающего за расправой.

Эти глаза на миг встретились с моими… и моё сознание свернулось. Да, твою псину, не сейчас!

Я снова в коконе, словно в утробе.