Кто-то где-то там

Да и только в пятнадцатом веке, когда появились водяные пилорамы, была открыта технология судостроительства при которой, ровные со всех сторон доски, можно стыковать вгладь, а не в накрой, как поступали с обструганными, неоднородными брусьями. Все это несложно понять, включив логику. Что не делает большинство наших историков. И тут возникает вопрос: почему? Но к нему мы вернемся в другой раз.

Блин, если бы в школе, когда я там еще учился, учителя подавали столь же интересно материал, я бы наверняка знал и помнил гораздо больше, чем сейчас.

Домой я уже и сам не спешил.

- А теперь вернемся к нашему Ною и книге Бытия. «И сказал Бог Ною: конец всякой плоти пришёл пред лице мое, ибо земля наполнилась от них злодеяниями; и вот, Я истреблю их с земли. Сделай себе ковчег из дерева гофер; отделения сделай в ковчеге и осмоли его смолою внутри и снаружи. И сделай его так: длина ковчега триста локтей; ширина его пятьдесят локтей, а высота его тридцать локтей. И сделай отверстие в ковчеге, и в локоть сведи его вверху, и дверь в ковчег сделай с боку его; устрой в нём нижнее, второе и третье жильё.

» И что же мы с вами видим?

Приподняв палец вверх старый профессор многообещающе посмотрел на меня, как будто собирался открыть тайну вселенной. И ведь слушая с каким воодушевлением он рассказывает о своих допущениях и выводах, начинаешь ему верить. Хотя, я вполне допускаю, что мне просто не хватает знаний, чтобы вступить в спор.

- А то что Ной строит многопалубное судно со множеством кают.

Как так? Без пил и других необходимых инструментов, которые на тот момент еще не существовали, а также всех требуемых технологий, что появились лишь в пятнадцатом веке? Только с помощью топора и смекалки? И что же дальше? А ничего! Народ вновь игнорирует это знание, читая библию, и даже не пытается сделать что-то подобное до пятнадцатого века. А тут вдруг прозревает. Как видите, молодой человек, у нас вновь одни и те же вопросы, на которые нет ответов. И мы опять упираемся в пятнадцатый век. Почему? А...

И тут наш разговор прервал крик из кухни.

- Ужин почти готов, можете мыть руки и идти кушать.

Обернувшись на голос внучки, старый профессор неожиданно нахмурился, а после несколько неуверенно посмотрел на меня. Судя по всему, есть ему хотелось не так сильно, как пообщаться с, неожиданно, но при этом, столь удачно подвернувшемся внимательным слушателем.