Школотрон

Нельзя торопить процесс, работа над собой может длиться годами.

Ини плакала и фыркала, пытаясь от меня отбиваться. Несмотря на это мы пошли в ее комнату, где закрыл дверь изнутри и сказал:

— Раздевайся!

— Ты что хочешь меня изнасиловать? — выпалила Ини.

— Нет, просто переодеть.

Решиться сменить образ всегда очень сложно. Пришлось спустить с Ини штаны, угрожая переломать ключицу. Девушка смотрела на меня с восхищением или с чем-то ещё я не знаю.

Дальше разделась сама, оставшись в лифчике и черных трусиках, обрамлённых тонкими кружевами.

Нижнее белье подобрано хорошо. Его, пожалуй, оставим. Хм, довольно сексуальные ноги, кто бы знал, что у этого сгустка ненависти есть женское тело.

Я осмотрел Ини, и она задрожала, закрывшись руками. Ясно все, тут холодно. Чтоб сеструха не мёрзла я быстро метнулся к шкафу и выбрал оттуда несколько предметов одежды.

Времени было мало, да и гардероб небогат. Потому не смог добиться особого результата. Но уже лучше, чем прежний костюм могильщика.

В итоге, девушка надела то, что я ей сказал, и слегка успокоилась.

Она, наконец, поняла, что все кончилось. Сторонясь меня, Ини прошла к зеркалу и чуть не грохнулась в обморок.

Вместо прежней оторвы на нее смотрела симпатичная деловая девушка, одетая в брюки и форменный школьный пиджак. У нее были длинные ноги, аппетитная, хоть и не очень большая, грудь, приятные щёчки, большие (от природы красивые) глаза.

Дамочка выглядела отлично, только немного взмокла. То есть от воды, когда я мыл волосы.

— Ну вот, — сказал, спустя какое-то время. — Теперь ты настоящий каратель.

— Господи, Марк, зачем ты меня изуродовал? — простонала сестра, подошла к кровати и шлепнулась туда одним махом.

О, это большая ошибка. Как говорил сержант учебки по кличке Циклоп — не падай спать не глядя.

Но дело не в этом. Похоже, Ини стеснялась нового образа. И я решил подбодрить.

— Не волнуйся, сестра. Уродство — это твой козырь. Запомни, уродок не трахают.

— Что? Ты псих! Двинутый, боже! Я из дома сбегууу.

— Только попробуй, боец! За самовольное оставление части я сломаю твоей башкой все писсуары в сортире. Ладно, спокойной ночи. Люблю тебя, нежно целую.

Я вышел из комнаты, оставив Ини одну. Стало немного не по себе, будто сделал что-то не так. Точно, надо было связать.

Нет же, другое. Я мог бы действовать мягче, тут не война. Да, так и есть. Но Ини выглядела как наркоманка, которая подрабатывает проституцией. Ее издалека замечали разные маргиналы.