Командировка русского охотника на демонов

Я чёртов охотник во всех смыслах этого слова! Можно купить мясо в магазине, а можно подстрелить его в лесу. Вроде одно и то же! И в том, и другом случае ты жрешь мясо! Для кого-то разницы не будет, но для меня она огромна. Даже если добытое на охоте мясо будет жёстче, я его съем с куда большим удовольствием.

Девушки это тоже в некотором роде добыча. Грубо будет называть их «мясом», но мужчинам действительно приходится охотиться за ними в хорошем смысле этого слова – гулять, танцевать, водить в кино, ну и конечно же в пресловутый ресторан.

Куда же без него!

Если котелок совсем задымит, я допускаю вариант, что трахну рабыню. Так сказать, если я вдруг стану голодным обезумевшим охотником, который раз за разом не может получить свою добычу. Мое самомнение говорит, что вряд ли так будет, но вдруг. Кто знает – может Эрни проклят на внимание девушек.

Но котелок задымил гораздо раньше, чем я думал.

Каких же красоток набрали мне в рабыни... Причём девушки были не из числа таких, что сразу думаешь – да это проститутки! Нет.

Все были реальными красавицами и какими-то… аккуратными что ли… Даже я бы сказал, скромными и девственными. Нецелованными.

От греха подальше я отвернулся и пошёл к лестнице храма. Сначала дела. Охотником на сиськи я буду гораздо позже. Надо разгрести дерьмо клана.

На мою инаугурацию собралось порядка трёхсот человек – пришли не все, так как у некоторых просто не было возможности. Но всё равно – три сотни! Когда слышишь это число, не до конца понимаешь, насколько это много.

Площадь даже на одну пятую не заполнили, но всё равно – чувствовалось, что я долбанный глава клана!

Новые рабы здесь тоже были – стояли в самом конце, что вполне логично. Общее построение людей, кстати, было довольно ровным. Не идеальным, но чувствовался порядок. Насколько знаю, в этом постарался Наото. Он стоял в первых рядах рядом с Анатолием и Хиной. Чуть правее сестры была Азуми.

Альфред произнес длинную речь, из которой я разобрал всего пару слов. Обучение японскому давало плоды, но не так быстро.

Большим плюсом было то, что я внутри языковой среды – потихоньку японская речь становилась мне привычной.

Когда речь Альфреда закончилась, я вышел чуть вперёд и весь клан упал в земной поклон.

На нашем храмовом холме поднялся небольшой ветер. Последние лучи солнца скрывались за горизонтом.

Вот мой клан. Триста человек, но скоро будет больше. Когда верну клану статус «большого» храма, соберу последователей вновь.