Гладиатор из Крайпруса

Поднял перед собой руку со счёсанной местами шкурой. Попытался сжать в кулак, а ладонь уже не слушается. Трясётся и падает плетью без сил. Так я и заснул, привалившись спиной к камню. Слушая, сквозь непроницаемую пелену приглушённый камнем голос арбитра. Он объявлял бои двадцаток. Первый бой десяток окончился последним.

* * *

Разбудили через пару часов, силы только-только начали возвращаться к тому моменту. Пришли несколько охранников в кожаных масках с прорезями для глаз. В этих лишённых эмоций и лиц кусках чьей-то кожи они выглядели бесчеловечно, будто заводные механизмы, будто какие-то призванные бесы, исполняющие только чью-то злую волю, без собственной свободы.

Безликие демоны протянули камень в каком-то защитном чехле. Передо мной его почтено оголили. Камень оказался большим рубином. Даже огромным, размерами едва не доходя до моего кулака. Никогда такого не видел.

Жертвенный рубин

Жертвенный камень. Создано магистром-чародеем из великого рубинового камня для одноразового использования. Жертвенный рубин для заключения осколка души и дальнейшего воскрешения.

Материал: рубин

Размер: великий

Класс: мифическое (фиолетовое)

Прочность: 1/1

Привязка: пусто

Базовый эффект: Воскрешение с потерей 6% уровней и навыков

Минимальные требования использования: осколок души

Заклинание активации: Эстои а имолар минохэ алма ком есте пэдра

Повышен навык: Анализ +1

Пока я любовался куцей строчкой поощрения Системы за взгляд на столь особый предмет, один из охранников подхватил мою руку и положил на камень.

Я попытался одёрнуть ладонь, но хватка на запястье была стальной. Другой охранник посмотрел круглыми прорезями прямо в глаза и сказал:

— Произноси заклинание! — в руках у него возникла бумажка с теми же буквами на непонятном языке, написанными понятным человеческим языком.

Вновь посмотрел на камень, там эти же непонятные буквы были записаны звериным языком. Видимо, Система сжалилась и описала их на моём родном. Произносить и подписываться неизвестно на что не хотелось. Но те двое, что любезно держали раскрытый чехол с камнем передо мной, уже довольно сильно начинали выказывать своё недовольство.

Я прекрасно понимал, как местные охранники могут добиваться своего. Опыт увиденного не радовал, поэтому я пробурчал неразборчивые слова. Никакого сообщения от Системы, о том, что я лишился осколка своей души, не было. Не было вообще ничего. Будто и не произошло ничего, но нет. Перед тем как чехол с камнем закрылся, я отчётливо увидел строчку привязки.