Оружейный Барон

– Угу, угу, – еле слышно подтверждает она.

– Ладно, пошли навестим папашу, – заканчиваю с объятиями и ещё немного глажу Розалию по макушке.

Начинаю аккуратно спускаться, держась за каменные перила, и замечаю на щеке девушки одинокую слезу. Видимо, я был прав, когда подумал, что с ней обращались совершенно иным образом.

Что ж, маленький кирпичик на пути восстановления моей репутации уже заложен. И девушке приятное сделал, и запустил эффект сарафанного радио. Прислуга наверняка общается между собой, так пусть думают, что я изменился.

Заход с объятиями, скорее всего, сильно выбивается из модели поведения моего предшественника. И это отлично.

Да и как-то по-человечески жаль девушку, вынужденное держать мужское хозяйство во время походов в туалет. Она такого явно не заслуживает.

Подозреваю, что у меня будут серьёзные проблемы с местными порядками. Но я не собираюсь быть тем, кем не являюсь. А я привык относиться к людям как к людям, а не как к собачкам.

Да, порой я совершаю не совсем законные поступки, как в случае с Мишей, но ведь тогда никто не пострадал.

Разве что его психика. Если бы там были, например, дети, то я бы действовал совершенно по-другому.

А такой образ жизни, какой ведёт тот самый Миша, вызывает у меня неприязнь и отторжение. А как следствие меняется и отношение к человеку. Немного странное у меня мировоззрение в этом плане, но другого нет. Какое сформировать за тридцать пять с хвостиком лет, такое и продолжает доминировать.

Но, возможно, мне придётся пересмотреть свои привычки, ведь теперь я наследник барона, а не бывший уголовник, который поднялся на незаконных делишках.

Посмотрим…

Однако для начала надо сыграть роль сына, потерявшего память, и я уже знаю, что скажу отцу. Заготовленная и отрепетированная ложь – это та, которую невозможно распознать.

Наконец спускаю в холл, заставленный чучелами диких животных. Есть даже медведь! Мой отец любит охоту? Надеюсь, меня он не потащит туда… Убийство животных не по мне. А вот валить всяких чертей – другой разговор.

Стою и смотрю на два прохода и две двери. Прямо пойдёшь – на улицу попадёшь. Назад пойдёшь – в дверь под лестницей попадёшь. А что за проходы по бокам я вообще без понятия.

– Вам сюда, – лицо Розалии буквально светится от счастья. – Отец ожидает вас в гостиной.

Она специально держится позади, чтобы скрыть свои эмоции. Но зачем? Странное воспитание у служанок, однако.

– Ага. Просто задумался немного, – вру я и сворачиваю налево.