Забытые хроники: Падший

Тогда Прилона находилась в комнате Уединения вместе с отцом. Она помнила, как в комнату ворвался солдат с красным лицом, как он что-то начал быстро шептать Мыслителю, размахивая руками, как они спешно покинули комнату. Перед тем, как уйти, правитель приказал Прилоне оставаться на месте.

О том, как зовут того, кого контролирует бедствие, она узнала от солдат и Дорвна, но только внешность. Каждый правитель из четверых городов прекрасно знали друг о друге всё, но не более. Раскрытие секретов и тайн было описано в договоре, причём самим Мыслителем.

Впрочем, официально считалось, что Союз состоит из трёх городов, а четвертый, Эфрий, входил в него скорее тайно, чем неофициально. В Кволсте об этом было известно всей чете Аламаров и Дорвну. Такое обстоятельство дел сильно не нравилось правителю Ксара. Прилона запомнила Строителя, как человека, который всегда чем-то недоволен и в детстве очень боялась его.

Девушка подошла к двери, ведущей к комнате её отца.

- Куда вы разместили лесоруба? – спросила она у близ стоящего солдата.

- Да вон, - солдат взглядом указал на противоположную дверь. Комната старшего брата Релориса.

Девушка кивнула. Всё нормально, пускай располагается как хочет. Он даже может использовать одежду брата, если хочет. Хотя одежды, которая бы подошла Красту, во всём замке не сыскать. Надо будет чуть позже послать за портным.

Дверь открылась легко, чуть скрипнув. В отцовскую комнату она заходила часто, когда была маленькой. После прихода Бедствия она стала приходить всё реже. Девушка знала, что Мыслитель много пишет.

События, случаи, слухи, домыслы. Всё это заносилось в книги, которые потом хранились в старом шкафу, который её прапрадед купил у афлонийских торговцев. После трагического события Мыслитель писал даже больше, чем прежде. Поэтому Прилона старалась его не отвлекать.

Будучи ребёнком ей в голову не приходило спрашивать, что из себя представляет бедствие, хотя Мыслитель описал его очень расплывчато. А когда отец пришёл и сказал, что бедствие больше никого не потревожит, почва для зарождения подобной мысли и вовсе пропала.

Но чудовище живо. И теперь нужно найти необходимые записи, чтобы получше узнать врага.

Прилона подошла к шкафу и открыла его. Ни пылинки, всё чисто, как и во всей комнате. Слуги хорошо стараются.

Каждая книга была подписана каким-то значимым названием. Прилона подумала, что было бы лучше, если бы вместо названия стояла дата, но тут уже ничего не поделать. Девушка взяла первую книгу. На переплёте написано «Искома».