Изорванное знамя

В своих стремлениях, он был будто слепец – следовал им не смотря ни на что, и был готов отдать все, лишь бы достичь цели, или исполнить приказ. Даже самый безрассудный. Таким образом Тотёосо за свою жизнь успел нажить себе целую тьму недоброжелателей, готовых, если не на прямое посягательство на его жизнь - так по крайней мере на очернение его чести. Сам Тотёосо искренне не понимал, за что люди недолюбливают его, и всегда удивлялся, если в его сторону поступает негодование, или открытый гнев. Ведь он – лишь старается исполнить свой долг.

И требует от своих людей того же.

«К полудню мы должны будем достигнуть брода», - думал он, дожевывая яблоко. Он некоторое время стоял у края дороги, всматриваясь в даль – в сторону, откуда они пришли. – «Вероятно, отряды Асимато обошли реку южной дорогой и будут готовы напасть на нас прямо на реке, где мы будем попросту беззащитны…»

Так он простоял еще некоторое время, глядя на дорогу, погруженный в собственные мысли. Было тихо и спокойно, и Тотёосо даже сумел расслабиться, понимая, что сейчас ни ему, ни воинам, ни Муцэтаки, ничего не угрожает.

Не было слышно ни единого отголоска топота людей, или лошадей – там, дальше по тракту. А после, воин сел у края дороги, оперевшись спиной к дереву так, что был скрыт за ним. Достав меч, он стал натирать его клинок тряпкой – скорее, лишь для того, чтобы занять чем-то руки. Тотёосо, тем не менее, все время был наготове.

Вскоре луна взошла на самую вершину небес и вовсю освещала своим ликом мир, раскинувшийся, словно у нее на ладони.

Уромати вздохнул и, поднявшись, еще раз обежал взглядом дорогу. Там, где-то уже совсем далеко на юго-западе, был небольшой городок Сенью, наверняка поглощенный пламенем, насилием и пьянством. Где-то там, Асимато уже строили планы на последующие завоевания. Где-то там сотни воинов дома Муцэтаки сгребают в одну кучу, и сбрасывают в яму, наплевав на почтение к умершим. Но это было где-то там, уже далеко. И Тотёосо лишь грустно вздыхал, не желая думать об этом сейчас.

Он возвращался в лагерь в кромешной темноте, и даже боялся заблудиться – ведь путь назад лежал во многих десятках шагов сквозь гущу леса. Его вело скорее не знание пути – хотя командующий хорошо запомнил направление движения, и сделал даже некоторые пометки - сколько интуиция. Тотёосо словно чувствовал, где располагается лагерь и уверенно шагал в ту сторону.

Когда он добрался до лагеря – все уже спали.