Эра героев. Тайная стража

И цена эта в невозможности продлить свой род. Но вот это… Оно поможет мне обрести подлинное бессмертие в череде потомков, – Эфир еще бурлил в глубине его вен. Замерев, он смотрел на руку. На густой мех, темную шершавую кожу ладоней и длинные когти на фалангах пальцев. – Я могу уйти. Сказать, что все провалилось. И Он найдет другой способ. Да, так и сделаю».

Он выдохнул. И погрузил пальцы в сферу.

Сдержать не крик, а животный вой боли не было сил. Огнем мука пронзила нервы и взорвалась в голове, уничтожив все мироздание.

Он уже не видел, как облазит кожа, растворяется плоть под напором кислоты, что мгновенно окрасилась в багровый цвет крови. Весь мир исчез. Все существование заполнила бесконечная пытка, что длилась уже вечность. Мимолетными мыслями, корчась и завывая, он направлял сохранившиеся крохи магии в руку. Вместо которой была лишь пульсирующая по всему его существу боль.

«Дальше, – проскочили обрывки мыслей. – Еще чуть-чуть».

Фаланги, на которых то проступали, то затягивались плотью кости, коснулись пробирки.

«Сжать», – пошевелилась лишь пара пальцев. Жил и мышц на других просто не хватило.

«На себя», – затухающий в голове шепот.

Он упал без сил на колени, но в лишенной кожи и волос лапе осталась пробирка. На конечности вздувались жуткие пузыри и тут же лопались, истекая кровью и гноем. Эфир внутри него исчез, и он вновь принял человеческий облик.

Пустота и бессилие. Почти теряя сознание, он заковылял к выходу, прижимая пробирку уцелевшей рукой к груди.

«Уйти. Пока охрана занята собратьями.

Пока не подоспело подкрепление. Пока… Слишком много „пока“».

Но он верил, что у него все получится. Ведь если не верить, то проще просто умереть.

Долина Карамуреш

Узкое ущелье повторяло изгибы горной речки. Наступившие сумерки укрыли тенями монолитные каменные склоны, поросшие редкими елями. Стремительный ледяной поток несся по своему ложу к далекому побережью. За тысячи лет вода промыла глубокое русло, по краям которого нанесенная земля оставила плодородные участки, поросшие кустарником.

По укатанной дороге вдоль речки к недалекому перевалу двигался караван повозок. Десяток возков и дюжина всадников. Висящие на бортиках фонари и факелы оставались незажженными – огонь слепил бы глаза и привлекал внимание. И всадники, и сидевшие в повозках люди зорко осматривали заросли. Вскрик спящей птицы, шелест ветра в ветвях или слетевший со склона булыжник – и пальцы то и дело нервно касались приклада ружья, тетивы арбалета или рукояти клинка.