В теле дрища в военной школе аристо

Света повернулась на мою гостью, то что их разделяло расстояние делало Свету более смелой:

– Опять она. – Света отключила голопроектор. – Звони на выходных. Встретимся.

– Хорошо. Только не знаю, отпустят ли меня.

– Много работы?

– Учёба в военной школе.

– Ну это же не тюрьма. Я знаю, что вас должны отпускать. Так что жду звонка. – И Света повесила трубку.

Весь разговор со Светой Наталья сохраняла спокойствие и выдержку. Видимо не раз она так притворялась мебелью, когда её начальник вёл переговоры.

А когда Света повесила трубку, Наталью понесло:

– Глеб, ты совсем… Я думала ты… ты… А ты тут развлекался и тебе хорошо. А ничего, что я… Хорошо, что Павел Алексеевич занят решением проблем, что ты устроил. Тебе же говорили не отсвечивать, а ты.

– Ну так на кой меня бастардом сделали? Ко мне все и лезут.

– А что ты хотел? Чтобы из ниоткуда появился полноценный аристократ. Тебя могли протащить в род только как незаконнорождённого. Поверь если бы тебя за способности приняли бы как простолюдина, то было бы в разы хуже.

Я вообще полагаю, что у тебя раздвоение личности и тебя не стоило отправлять сюда. Не знаю, зачем Его сиятельство это сделал. – Наталья раскраснелась от длинной тирады и скрестила руки на груди. Её щёки пылали и на фоне её длинной русой косы, и это смотрелось мило.

Наталья, видя моё замешательство, продолжила:

– Павел Алексеевич не нарушил ни одной с тобой договорённости. Взял тебя с улицы на работу.

– А если я захочу уволиться?

– Поверь, увольнение тебе не понравится.

– А учёба здесь мне должна нравиться? Могли бы хотя бы лучше меня подготовить?

Наталья поджала губы.

– Наталья ответь мне на вопросы.

– Я не могу.

– Но ты пришла. Вы же за мной наблюдаете? Тебе не обязательно было останавливать меня лично?

– Да это так.

И да, я сама хотела бы тебе ответить на часть вопросов.

Было видно, что последние слова Натальи дались особо тяжело.

– Что за женщину убили сегодня ночью?

– Твою мать?

– Да что ты говоришь.

Мать мою убили… – я зажал зубы – …Моя мать…

– Я всё понимаю, Глеб, но постарайся хотя бы немного думать об этой женщине как матери. Не забывай что рядом маги разума. Они видят всё в сильно искажённом виде. И иногда лучше не знать что-то, чтобы не вызвать к себе их интерес. К тебе была просьба не отсвечивать. Так что тебе было вообще лучше не думать о матери.

Мне стало стыдно. Я не думал о ней уже очень давно. Ещё в раннем детстве меня отдали в воины.