В теле дрища в военной школе аристо

Я встал, выпустил небольшие энергетические щупы из стоп, чтобы увеличить сцепление. Они не повреждая тёмно-синее мягкое покрытие дорожки, повысили мою устойчивость, поднял укреплённые кулаки и сказал:

– Поединок.

Виктор Ветров, начинал махать руками, а я с бешеной скоростью сопротивляясь потоку ветра побежал на него. Усилил колено, пытаясь создать буферную прослойку на коленной чашечке, и со всей силы ударил под дых Ветрова. Раздался хрип и хруст. Ветров подлетел на метр и обездвиженной куклой шлёпнулся на дорожку.

Он лежал и таращил на меня гневно глаза, пытался вдохнуть и что-то сказать.

– Признаёшь поражение. – Сказал я спокойно.

Ветров превозмогая свою гордость, покраснел и кивнул.

Я увидел, как в нашу сторону бежали люди в светлых комбинезонах с носилками. Они погрузили моего побеждённого противника на носилки и унесли. Ветров продолжал тянуть в мою сторону руку и явно хотел что-то сказать.

От толпы отделился черноволосый парень:

– Я Грушецкий Владимир. Хочу попробовать свои силы с тобой в поединке.

На нём был такой же костюм, как и на мне, а на коричневом значке была одна звезда.

– Знаешь, я не против, только давай после занятий, и желательно на арене.

– Хорошо. Я кину вызов. В личном кабинете увидишь.

– А где арена?

– Где-то там. – Он указал неопределённо в сторону основного здания.

Я забрал свой пиджак у Светослава:

– Ты в основной корпус?

– Да.

– Идём со мной. По дороге расскажешь о поединках.

– Ты как то изменился. От тебя исходит какая-то сила.

Это твои штучки. – Он показал на закрашенную чёрным маркером половину моего значка.

– Нет. Это моя особая харизма. Идём.

Светослав рассказал мне, что если отказаться от вызова, то снимают сто очков рейтинга. Если твой рейтинг ниже в два раза от вызывающего, то штрафа не будет. Это сделано для того, чтобы сильные ученики не обнулили слабых. Так ученики стараются сражаться с равными по силе. Если ученик лишился полностью боевого рейтинга, то ему дают специальный знак, и вызывать его дальше считалось дурным тоном.

Такие ученики сосредотачивались не на поединках, а на небоевых занятиях.

По дороге мне поступила ещё два вызова. Первый от модификанта Витора Майера. Второй от мастера единоборств с именем, которое мне было трудно запомнить. Он не модифицировал своё тело, а полагался на оружие, но он сказал, что выбьет из меня дух в рукопашной. На мои аргументы, что у меня уже два боя сегодня. Сказал, что это не его проблемы.