Срединный мир-2. Дорога в ночь

Мне хотелось закричать: «Как забрать? Куда забрать?!», но, как и прежде, я не смогла вымолвить ни слова. Я вообще ничего не могла, а потому полукровка, не встретив каких-либо препятствий, вытащил меня из фургона, взвалил на плечо и понес в неизвестном направлении. Слабым утешением могло послужить лишь то, что я не ошиблась в назначении двора. Но что с того?.. Рассмотреть двор мне толком не удалось, дэйш’ли сделал всего десяток шагов — и вот уже толстая дубовая дверь закрылась за нами , возможно, навсегда лишив меня призрачной и эфемерной надежды на освобождение.

Я гадала, кто отдал приказ и куда меня несли. То, что наш путь проходил по мрачным, унылым, хотя и довольно широким коридорам, не вселяло оптимизма. Время от времени нам навстречу попадались другие дэйш’ли: слуги с подносами и стопками белья, уборщики с тележками. Присутствие эльфов я уловила лишь несколько раз, но ушастых от меня всегда отделяли стены коридора. Пожалуй, небольшую надежду внушало лишь то, что уже пару минут дэйш’ли неутомимо взбирался по лестнице.

Вряд ли казематы или лаборатории эльфы разместили так высоко. Хотя кто этих ушастых сволочей знает?

Наконец наше восхождение закончилось, и мы оказались в небольшом холле, из которого вело две двери. Дэйш’ли подошел к одной из них, приложил к замку, находящемуся на уровне груди, медальон. Еле слышно щелкнул какой-то механизм, и плавно, бесшумно дверь отъехала в сторону, открывая проход в другой холл — светлый, просторный, изящно отделанный, и полукруглый по форме.

Меня сгрузили прямо на мозаичный пол, а затем дэйш’ли прошел внутрь апартаментов, чтобы сообщить, что дикарка доставлена. Голос, который ему ответил, заставил мое сердце радостно забиться. Кажется, я попала в гости к Эрайну, а значит, не все потеряно.

Хайдаш, никогда бы не подумала, что буду так радоваться встрече с каким-то ушастым отродьем!

Дэйш’ли ушел, скрылся за деревянной панелью, которая ничем не отличалась от других, украшавших стены холла.

И как я сразу не догадалась?! Те коридоры, ведь они были для слуг, для презренных дэйш’ли! Эльфы не хотели, чтобы их рабы всё время сновали у них перед носом с помойными ведрами и корзинами грязного белья.

Рядом со мной присел Эрайн, снял браслеты.

— Всё. Теперь ты опять можешь двигаться и говорить, — сказал по-лоэльски эльф, поднимаясь на ноги.

Ошейник с меня принц снимать был не намерен, значит, жуткая, всепоглощающая боль может скрутить меня в любой момент.