Срединный мир-2. Дорога в ночь

— Что это значит?! Тебе было что-то непонятно? Ты забыл, что Она! Моя! Собственность! — сразу набросился я на друга.

В ответ этот Найри Тоэн-Маринэ лишь пожал плечами. А затем сказал:

— И что? Эта Яни, — кивок на дайрэн, — тоже твоя собственность, но ведь ею ты со мной делишься.

— У нас был уговор, если не помнишь. Про пленницу там ни слова не было!

Я начинал терять терпение. Да что этот лоэл’ли себе позволяет?! А еще друг называется!..

— Если ты не забыл, то я тоже принимал участие в поимке этой получеловечки, — нагло усмехнулся Тоэн-Маринэ.

— Обоих поимках! Так почему я не могу поразвлекаться с ней? Всё равно ты сегодня без сил и на какие-либо подвиги не способен.

Найри, конечно, тот еще хэт, но сейчас его наглость и самоуверенность превысили все разумные пределы. Еще никогда друг так не забывался, не зарывался.

— Так ты под кайфом? — вдруг понял я.

— Угостить? — усмехнулся друг.

Найри легко толкнул Ри, и та, как сломанная кукла, упала на землю.

Точно! Парень даже парализующие браслеты с получеловечки не снял! Пленница смогла идти лишь потому, что друг временно ослабил действие ножных браслетов.

Найри вальяжно развалился на стуле напротив меня.

— Так тебя угостить? — повторил свой вопрос друг.

— Чем? Только не говори, что...

— Ага, — расплылся в блаженной улыбке этот идиот, — у меня кархи. И я даже могу угостить тебя забесплатно! Всё-таки я не такая жадина, как некоторые... — Похотливый и весьма злобный взгляд в сторону пленницы.

Точно идиот!

Кархи — наркотик, который действует только на чистокровных эльфов.

Очень сладкий наркотик, мало кто из тех, кто попробовал кархи единожды, может воспротивиться искушению отведать его вновь. Ведь кархи дарует могущество. И отнюдь не иллюзорное, вполне реальное! У лоэл’ли, находящихся под действием кархи, значительно возрастает энергетический резерв — они могут управлять гораздо большим количеством нитей силы... Но с каждым разом кархи требуется всё больше и больше, а потом наркоман как-то незаметно начинает сходить с ума. Становится рассеянным, нервным, раздражительным, неоправданно жестоким, а затем вовсе перестаёт контролировать свою магическую силу.

— И давно ты? — с трудом сдерживая зевок, спросил я. — Надеюсь, ты понимаешь, как это опасно?

— Опасно?! Да брось! — махнул рукой Найри и покачнулся на стуле, чуть с него упав. Пока он судорожно размахивал руками и ногами пытался восстановить равновесие, с его пальцев сорвалось какое-то непонятное, больше всего похожее на запутанный узел, плетение.