Сани-Су на службе у богов. Части первая и вторая

Наверное, сейчас я полностью оправдал свое прозвище. Но это мог видеть только Влад. 

Я выбрал лучший лук, набил самый большой колчан стрелами и подошел к Владимиру. Он схватился за поданную мной руку, и я рывком поставил его на ноги. 

- Живой? 

- Спаси бог, мессир Сани! Живой! – жарким шепотом отвечал он. – Ну и задали вы им! Я такого никогда не видал! 

- Вот и сиди тут, если хочешь и дальше пребывать в мире живых! – с усмешкой отвечал я. 

Видно усмешка у меня получилась похожей на оскал, и его передернуло от страха.

 

Я стремительно кинулся внутрь. Там в глубине таверны шла драка. По мощнейшим звукам тумаков было ясно, что Рыжий тролль колотит всех без разбору. По коридору я пронесся в общий зал и оторопел от увиденного: по таверне носился почти прозрачный Торальд, которого альбы явно принимали за призрака. Они не сражались с ним, а всячески пытались улизнуть. Только огромная булава и подобранный Торальдом синий бриттский щит, расписанный рунами, были видны почти полностью, высовываясь в пространство, не прикрытое защитным полем.

Помощь ему была не нужна. 

Наконец вождь, со щитом и длинным кинжалом, решился напасть на него при поддержке последних двух воинов. Но не продержался и мига. Один взмах стальной дубины, и Торальд остался стоять один посреди этого побоища начатого бриттами, а завершенного им. 

- Ну, ты и силен! – воскликнул я. 

- Они не бились! – обиженно и возбужденно выкрикнул он. 

- Еще бы, ведь ты дрался полупрозрачным, - я подошел к нему и выключил невидимость.

– Они сочли тебя духом, и хваленая альбийская храбрость дала трещину. 

- Пусть эти трусы катятся в Пекло! – выругался Торальд. – Я бился один против дюжины, а об этом не то, что песню не сложить, за кружкой эля стыдно похвастаться. 

- Ты тут займись трофеями, а я пойду, скажу нашему хозяину, что опасность миновала. 

6

Владимир щедро и безвозмездно снабдил нас припасами. Поэтому короб тащил теперь я, а Торальд, как вьючное животное, нес на плече мешок со снедью.

Примерно час назад мы пересекли границу резервации и двигались за британским отрядом, но в стороне, примерно в полусотне метров от тропы. Местность была пересеченной, а день - туманным. Туман плотно садился на все вокруг и стекал по лицу мелкими каплями. 

Мой друг, тихо, сквозь зубы, почем свет стоит, костерил туманный Альбион всякими словами. Я же пытался понять, как далеко меня забросило.