Виашерон 7. Обретение Силы, Том II

Противники лезли изо всех щелей, зачастую оказываясь даже не церковной стражей, а всего лишь местными монашками, клириками и аколитами. Они кричали от ужаса и бежали прочь, сломя голову. Некоторые обращали против игроков свою веру и магию. Им пощады не давали.

Фурия заставила себя забыть о жалости, потому что понимала — силы неравны. Вся операция держится только на скорости и подавляющей мощи нападающих. Если они замедлятся, если позволят ушедшим отрядам вернуться и ударить спасателям в спину — здесь полягут все.

Когда от удара ногой дверь распахнулась, открывая ей вид на обнажённого израненного Гвина, она с трудом удержалась от вскрика. Морально готовила себя к тому, что он может быть покалечен, но синяки, плохо зажившие порезы, кошмарные рубцы и переломанные пальцы подняли изнутри волну кипящей ярости. Орчанке хотелось сравнять с землёй аббатство. Догнать всех, кому они позволили уйти, и бросить их внутрь полыхающего здания.

«Держи свои эмоции в узде. Они — плохой советчик в сражении, а оно ещё не закончено», — Ансельм говорил размеренно, и это позволило ему достучаться до неё.

Во время движения назад, она действовала механически, пока голова не могла не обдумывать реакцию Гвина на её появление. Девушка видела, как он на неё смотрит, а Псионическое ядро будто само собой улавливало его поверхностные мысли. Определённо нарушение всяких личных границ, но её грело, как дроу любовался ей в схватке. Как обрадовался её появлению. Как… возбудился. Орчанка с трудом подавила смущение.

Уже когда они сидели в трактире Рунсвика, ужиная и обсуждая планы, Фурия вновь вернулась к мысли, которая заставляла её нехорошо щуриться. Персефона и её мотивы. Если вначале орчанка подозревала жрицу в каких-то корыстных намерениях. Допускала двойную игру и повторное предательство. А тифлинг рассказала ей всё без прикрас, к её чести. То бой в монастыре и текущая беседа заставили девушку взглянуть на ситуацию под иным углом.

— Персефона, ты с нами? — Гвинден повернулся к жрице.

Та задумалась, но ненадолго.

— Не горю желанием воевать против бывших товарищей, честно скажу, но… Мне не нравится, во что превратились Буревестники. Я с тобой.

Вот! Вот это «я с тобой». Сучка рогатая! Фурия скрипнула зубами. Не дождёшься!

Поэтому она убила двух зайцев одним ударом. Увела Гвина к термальному источнику, тому, что нашла во время безумного марафона от Карригского пика к Стойбищу. Казалось, сто лет назад.