Кальдур Живой Доспех VI

Попытался придумать с чего бы связать разговор, но она придвинулась ближе, обняла его руку и всё-таки начала.

— Просто... ближе-то у меня никого и не было. Не понимаю.

Он снова вздохнул, пытаясь проникнуть в её голову, и увидеть её глазами то, что произошло с Дуканом. Но он уже и так знал, принял разумом ночь назад, но всё никак не мог принять сердцем.

— Не все беглецы с рудников последовали за нами, — ответил Кальдур, и их глаза встретились. — Часть ушла за ворота, к своим хозяевам.

И там же, за воротами, мы видели немало наших. А те убийцы у Соласа? Я бы ещё поверил в две-три чёрные душонки, способные на такое предательство, но там, за их стенами сотни наших... Никакое это не предательство, не страх и не золото... Морокай что-то с ними сделал. Всё-таки смог найти ключ к их умам.

— Что?..

— Иначе никак не объяснить, что старик правда был с ними... Он их всей душой ненавидел, если только... Если только ты не ошиблась, Розари.

..

— Сердце не обманет... — прошептала она. — Я слышала. Он хотел увести меня, надеть ошейник, а когда я не послушалась, он меня ударил и натравил свою удавку... И всё это он делал честно, не играя, не притворяясь. Он боялся меня... Как боятся темники... И у него почти удалось убить меня...

— Ты ведь тоже была ему родной, — Кальдур нахмурился и качнул головой. — Кто может поднять руку на свою дочь? Морокай нашёл способ. Нету твоей вины. Только этого монстра.

Скоро он заплатит сполна за всё что нам сделал.

— Заплатит ли?.. Мы такие слабые, Кальдур... Ничего не можем сделать.

— Это мы ещё посмотрим, — Кальдур посмотрел на Небесный Дворец. — Может, учителя нас и обманули, и мы не сильны как сто. Но теперь нас целая армия. И мы пойдём в первых рядах, и сделаем, что требуется. По капле с гор Явор собирается. И соберётся так, что темники утонут.

***

Шестая Битва.

Он встретил её начало совсем юнцом.

Трясся от страха и ответственности, заставлял себя делать каждый шаг, не хотел быть там, не хотел нести ношу Избранного. Но нёс. Плохо и неумеючи, наделав столько ошибок, и всю жизнь желая быть кем-то другим.

Какого это вообще не быть Кальдуром?

Желаний у него не осталось. Как и страха. Только такая длинная дорога, на которой он оставил лишь мертвецов.

Братья и сёстры. Дядя. Родная деревня. Анижа. Учитель. Дукан.