Кальдур Живой Доспех VI

И снова придумать способ оказаться на Небесном Дворце. Только на этот раз без чёртовых потралов, которые забираю столько сил. И от них тошнит тоже.

Эх.

Жалко он пережил последнего из зеркан и больше никогда не сможет взлететь в высоту, подальше от всего этого. Почему Госпожа дала ему столько сил, но не дала силу зеркан?..

"Кайрам — не только воин, но и кузнец, способный выковать оружие для любого врага" — вспомнились Кальдуру слова Мастера Лотрака.

Кальдур снова прошелся взглядом по перепуганным темникам, сплюнул на землю остатки пыльной слюны и спрятал лицо под маску.

Но что если его истинный враг это не жалкие и перепуганные солдаты, а само небо? Что если он сможет выковать из светоносного металла не меч, а что-то, чтобы сделало его способным летать, как зеркан?..

Им не нужны были крылья, чтобы покорять небеса, и он не знает, каков был механизм, дарящий им такие способности...

— Стань зеркан, — твёрдым голосом приказал Кальдур. — Лети!

Ничего не случилось, и он почувствовал глубок внутри недоумение и даже смятение Серой Тени, не знающей как выполнить такой приказ.

Рядом с его ногами скорее упала, чем ударилась первая стрела. У одного из лучников не выдержали нервы и дрогнула рука. Кальдур даже не обратил на это внимания — никто из темников всё ещё не спешил в темноту.

— Стань зеркан, — прочеканил Кальдур — И лети! Волей Божественного Света Её приказываю тебе!

Ничего не случилось.

— Чёртова железяка! Или ты можешь только пускать кровь? Давай же! Я приказываю тебе.

Я...

Его ладонь и предплечье начала излучать свет. Её Длань, доспех, который поглотила Серая Тень знал о зеркан больше. Вдруг он стал невесомым, его ступни оторвались от земли и под крики страха он медленно воспарил к небесам.

***

Воздух, державший его в своих объятиях, вдруг снова стал неосязаемым, размягчился и отпустил его. Кальдур припал на колено и с трудом выдохнул. В глазах его бегали тёмные пятна, ноги и руки его сводила дрожь, и он ещё долго не мог заставить себя встать.

Сколько же у зеркан сил, что они могут парить в небе вечно?

Он снова стоял на краю Небесного Дворца, обессиленный и едва способный встать.

Но на этот раз он не позволит Алазаму бросаться им словно какой-то вещью. Он найдет этого ублюдка и ударит первым, да так, что он никогда не оправится.

Неприятное чувство пронзило его клинком, вошло под кожу, проскребло по рёбрам снизу вверх, заставило его живот сжаться, а ритм дыхания сбиться.

Он ведь остался совсем один.