Светоч Богини Ло: становление

Гвалх Василий попрощался, и принялся по-новой раскладывать разбросанные документы.

Лёша Старший сиял от чувства выполненного долга.

А Лериным сердцем опять овладела тревога. Она не хотела крови и горя. Слишком много бед на один маленький Смоктуновский район. Бахир отобрал у жителей мирную жизнь. Злодей служил в угоду собственной гордыне да эгоизму. Видя окружающую обстановку, Лера и не представляла, каким образом избавит район от напасти.

Друзья вернулись обратно в Адрвинск через межмирье.

Глава 21

Глава 21

Лайма по-привычке отправилась к дому Сольер за молоком.

Идти пришлось по пути с работы. Свободному передвижению между селом и деревней сильно мешал комендантский час. Купив молоко, Лайма поспешила в обратный путь.

- Зачем ходила в дом врага?! - злое сознание без особых сантиментов впилось ей в голову. В последнее время всемогущий забыл о лазутчице. Лучше бы и дальше не вспоминал. Как-то спокойнее живётся без его надзора.

- Купила молока на еду, - вежливо ответила Лайма.

- Сильно говорить не могу. Тут кругом патрули хранителей да охранников порядка.

- Не врёшь ведь, - сделал вывод Бахир. Потом он с новой силой впился в сознание лазутчицы.- Для чего по людям шляешься?

- На меня итак косятся за излишнее затворничество. Мелькаю при жителях для отвода глаз, - стараясь не терять самообладание, пояснила Лайма.

- Умно! - после недолгого раздумья высказался Бахир. - Не забывай о своей основной миссии, Лайма. Исправно докладывай о любых переменах в поведении колдунов.

- С этими словами Бахир без предупреждения прервал сеанс колдовской связи.

Лайма выдохнула с несказанным облегчением. Она благодарила Ло, что сегодня ходила исключительно за молоком. Иначе бы всемогущий немедленно обнаружил перевербовку подчинённой. Долго бы разговаривать Бахир не стал. Не в его привычках оставлять в живых неблагонадёжных подчинённых. Перед лицом уничтожения Лайма хотела жить как никогда. Обидно столько не успеть попробовать, и осознать.

Лайма очень устала от постоянного страха. Вынужденная опасаться всех вокруг, она ощущала себя медленно поджаривающейся на большой адской сковородке. До преисподней пока далеко, и одновременно рукой подать. А Лайма испытывала жестокие душевные пытки уже при жизни. Она так хотела вздохнуть свободно, не опасаясь возможного возмездия колдунов, ни безжалостной расправы бандитов.

- Здравствуй, Лайма! - поприветствовали её, проходящие мимо, охранники порядка.