Светоч Богини Ло: становление

Ксеркс сорвался с места, опередив жреца Атона, практически насильно поднял, бьющуюся в истерике, носительницу на ноги. На подмогу к брату подоспела Криста.

- Уведите её в уединённое место, - попросил, решительно не знающий как быть, жрец Атон.

Ксеркс и Криста практически поволокли Леру в коридор.

По пути им попался Варнир. Он с ходу сориентировался в обстановке:

- Ведите её в мой кабинет.

Плачущую Леру практически уложили на кожаный диван.

Понятливый Ксеркс вручил носительнице стакан с водой. А Криста оставалась сидеть с ней рядом, утешительно поглаживая по спине.

У носительницы так затряслись руки, что она расплескала половину воды на пол.

- Служители, отправляйтесь обратно на тренировку, - дал распоряжение Варнир.

Ксеркс с Кристой не посмели ослушаться верховного жреца.

Варнир подкатил офисное кресло к дивану:

- Та-а-ак! Уже лучше, - непонятно чему обрадовался он.

- Что лучше? Истерика на виду у служителей?! - Лера стремительно приходила в себя. Теперь ей мучительно стыдно за своё поведение.

Как назло слёзы не желали останавливаться. Лера старательно размазывала их по щекам.

Варнир вручил ей коробку с бумажными салфетками.

- Давно пора уже. А то ходишь, будто неживая совсем.

Леру поразил новый приступ рёва. Она всхлипывала, силясь нормально вздохнуть. Грудную клетку давили дыхательные спазмы.

- Плачь, не стесняйся. Со слезами уходит всё плохое. - Одобрительно сказал Варнир, подливая в опустевший стакан воды.

- Колдуны погибли... жа-а-алко, - выдавила из себя Лера.

- К сожалению, в данном случае подобного не избежать, - сочувственно вздохнул Варнир. - Порою людям приходится жертвовать собой ради того, чтобы другие жили. Те колдуны отдали собственные жизни для того, чтобы ты вернула равновесие. Постарайся не растратить их жертву напрасно.

Лера сидела на диване, пила мелкими глотками воду, слушая утешительные речи верховного жреца. Из его слов она поняла главное: сдаться на половине пути непростительная ошибка.

***

Лайма давно успокоилась, перестав морочиться о всемогущем.

Жизнь продолжалась и без его участия. Лайма смирилась с работой уборщицы. Да и коллектив конторы перестал относиться к ней с настороженностью. С профессией целительницы пришлось распрощаться. В доме колдунов доходчиво объяснили, будто учить молодую колдунью с половинчатыми знаниями по стезе с ноля не имеет, смыла. Если она не побоится быть посмешищем среди подростков - пусть приходит. Лайме не хватило смелости на подобный поступок.