Холод, согрей

Заметил Эгорд слишком поздно – обрубок уже вытянул руку с черным семенем луча смерти в ладони...

Две сабли вонзились магу в спину. Его оседлал Тиморис, спрыгнув с какой-то ниши. Темный задрожал, энергия луча смерти стекает на землю черной грязью.

– Спать! – рявкнул Тиморис.

Вынул сабли из плоти, обрубок упал без жизни.

Тиморис прыгнул к Эгорду, под тень дерева, а мертвая половина мага исчезла от касания черного луча, тот прилетел с потолка.

– Ямор, ну и каша! – воскликнул Тиморис.

– Ты как тут оказался?

– Дык.

– Ладно, и так ясно, – перебил Эгорд. – Увидел, что Велира куда-то сорвалась, побежал следом, вдруг помощь нужна...

Тиморис посмотрел на Эгорда с суеверным ужасом.

– А ты откуда знаешь?

На дерево обрушился град черных лучей. Эгорд рванул прочь, потянул за шиворот Тимориса, тот бежит, крича и согнувшись пополам, руки в стороны как общипанные крылья курицы, сапоги взметают щебень.

Вместо дерева – кратер и дымное облако.

Эгорд и Тиморис рухнули под навес скалы, прокатились, сцепившись в бревно.

Беглецы вскочили, спины вжались в стену.

– Ямор, чо такие злые-то?! – орет Тиморис, придерживая съехавший на глаз шлем. – Шли бы в трактир баб щупать, сразу стали б добрые...

– Нащупались, с таким-то могуществом, – отвечает Эгорд. – Теперь подавай власть над миром.

– И что с ней делать?

– Представь, что мир – это женщина. Главное – нагнуть. А что дальше, плевать.

– Во-во, слабакам лишь бы нагибать... Сама-то юбку не задерет, а с женщиной надо лаской! Лаской и нежностью, знатоки хреновы! Сама нагнется.

Зубы тьмы обглодали навес, сузив его вдвое. Пришлось подползти друг к другу ближе.

Эгорд мотнул головой за обожженный край укрытия.

– А ты сходи, объясни.

– Нет уж, после тебя, дружище!

Эгорд вновь обозрел пещеру через стрекоз, и вдруг стало ясно, что битва отгремела. Пещера похожа на горячую свалку – дым, трупы магов, големы стали кучками мусора, земля вспахана снарядами и лучами, танцуют язычки пламени.

Но в живых остался только один темный маг. Узрев, что в одиночестве, превратился в зыбкую черную ленту, всосался в щель на стене.

А вот архимаги – все еще проблема, не дают никому высунуться из укрытий.

– Так и будем отсиживаться? – спросил Тиморис.

– Под лежачую глыбу льда ручей не течет.

Эгорд уже начал копить силу, ладонь легла на землю, пустила ледяные корни...