Шёпот в ночи

Серебряные нити переплелись, образовали звенья цепей, которые в тот же миг направились к троллям.

Они не успели убежать. Магические цепи быстро их обвили, стиснули и потянули к выходу, к солнцу.

Эрик просто пятился, краснел, старался ровно дышать, чтобы цепи не ослабли. Монстры при этом вопили, предчувствуя гибель.

– Мы уйдем! – пообещал один из них, цепляясь руками за землю. – Обещаю! Мы лишь искали пропитание! Сжалься, паладин!

Эрик не слушал. Цепи вывели корчующихся троллей. Их отвратительных тел коснулись солнечные лучи, и они начали каменеть.

Оттенок кожи становился серым, тела трескались, но не ломались. Движения застывали, и вскоре тролли остолбенели. Навечно. Но перед этим один из них выдавил:

– На… надо было идти с Эрленд… – застыл.

Эрик резко дернул цепи – две глыбы треснули. Посыпались.

Он не сразу понял, что услышал и даже не предполагал, что его ждет дальше.

6

Эрик не успел вернуться на тракт до наступления сумерек, но сумел выбраться из леса. В итоге, он попал в дикий пустынный район, раскинувшийся недалеко от города.

Костер разводить, конечно, не стал, чтобы не привлекать внимание ночных тварей. Ночь, к счастью, была не слишком холодной. Нужды в костре попросту не было, поэтому ему не пришлось тратить время и силы на поиски пучков борца, или как его называют еще, – аконита, растущего здесь мириадами клок.

Когда Эрик почти уснул, его тут же разбудило пение. Тихий, сладкий голос женщины наполнял округу. С вершины холма было видно, как одинокая женщина подходит к берегу озера, снимает сорочку и поет под лучами полной луны.

Паладин слышал о подобных случаях, но не решался заходить слишком далеко, ибо охотиться на банши – а это именно банши – рискованно даже для таких мастеров, как он. Тем более, пока у него нет Каменного сердца, совладать с банши он вряд ли способен, поэтому ему пришлось лишь слушать убаюкивающую и в то же время жуткую песнь.

И князь сказал, что монстр он,

Когда народ узнал о нем.

 «Мечтам конец!» – Сказал король,

Когда узнал, что князь есть тролль.

И только сейчас, расположившись на лысой вершине холма, слушая песнь банши, он понял, что хотел сказать погибающий тролль…

Утром, проснувшись, он направился к берегу, но нашел лишь белую сорочку. Банши не оставила никаких следов, хотя, судя по продолжительности ее песни, она провела на берегу достаточно много времени.

7

Как только Эрик приблизился к двери «Тысячеликого героя» ему стало не по себе. Он вспомнил песню банши.