Рабство. Маги. Суета.

Ну а в остальном у таких, как он, полная свобода действий. Может на соседей нападать,будь то орки, люди или ещё кто, и грабить их. Может начать скот разводить, посуду из глины лепить, зерно выращивать. Ну, наш пока, похоже, только осваивается. Деревня достроена, мы глину теперь для стены таскаем. Золота у него, скорее всего, достаточно, так что может себе позволить закупать все продукты и всё необходимое.

Из сказанного Олафом выходило, что мы скорее не рабы, а крепостные, а большой и зелёный орк — наш барин.

Ну, а кроме нас, у него есть деревенька, жители которой сейчас не заняты, на мой взгляд, ничем, кроме надзирательства.

Весь день мы работали, оттого он пролетел быстро. Усталые, мы вернулись в барак. Сегодня готовкой еды занимались уже не орки, а такие же рабы, как и мы. Постепенно всё вставало на рабочие рельсы, всю работу теперь предстоит делать нам.

Сегодня нас ждал небольшой сюрприз. Пополнение. Прибыл ещё один караван с рабами. Их расселяли на свободные койки, и вскоре таковых не осталось.

Всё было занято. Я доедал свою кашу, как вдруг услышал знакомый голос:

— Саян!

Я обернулся, услышав знакомый голос.

— Марон!

Возле меня стоял и смотрел на меня радостными глазами мой напарник по веслу Марон. Я пригласил его сесть рядом с собой. И попросил рассказать, что происходило после того, как я улетел за борт, и как его угораздило оказаться рядом со мной. Мне было очень интересно, как он вновь угодил в рабство.

Оказывается, в тот день галера получила серьёзную пробоину в корпусе, и освободившиеся рабы с большим трудом смогли причалить неподалёку от берега.

Захватив с борта всё, что могли, беглецы под предводительством чернокожего лучника Терна высадились на берег. После шторма люди были вымотаны и ужасно устали. Поэтому далеко от берега уходить не стали, решили переночевать прямо на пляже. Часовых не выставили, так как все валились с ног. А утром народ проснулся от того, что на них надевали кандалы. Беглецам удалось поднять тревогу и убить троих и ранить пятерых орков, но силы были неравны. Их обезоружили, а потом отправили тем же путём, что и нас.

Я был рад увидеть здесь Марона. Всё-таки за время плавания мы с ним стали друзьями. К тому же он спасал меня от болезней своей чудодейственной мазью. Как оказалось, это был широко известный рецепт лекарства, при этом значительно доработанный Мароном, а оттого более эффективный.