И загорится снег

Этим заклинанием маги крови могу усиливать чужие заклинания, как сказала новая наставница.

Когда-то давно магия крови считалась не только неприятной, но и довольно бесполезной для применения. Магов крови использовали для усиления заклинаний других магов и не более того, потом многое изменилось, да так сильно, что ее запретили. Выходил маг, создавал свое стихийное или исцеляющее заклинание, его помощник, маг крови, создавал это, соединяли их вместе и эффект был куда выше. Вот были времена, да.

Не знаю, сработает или нет, но думаю, когда произойдет взрыв, вся его сила пройдет через мое заклинание и станет больше, тогда и снесет колонну.

Закончив плести заклинания, я уже собирался повернуть ключ бомбы, как вдали, дальше на уступе, возле второй опорной колонны заметил что-то с теплой, живой аурой. По фигуре вылитый человек. Облез колонну и, прижимаясь к скале, пополз вперед, свидетели мне совсем не нужны.

Чем ближе я подходил, тем меньше на человеческую ауру была похожа эта фигура.

Ростом мне примерно до плеча, широкие плечи, длинные руки, ниже колена. Какой-то уродец тут сидит.

Перешел на обыкновенное зрение и понял свою ошибку. Передо мной, в десятке шагов, прячась подле колонны, которая почему-то на него не реагировала своими охранными заклинаниями, сидел нордап. Серая, густая, довольно длинная шерсть, мускулистые длинные руки, вытянутые ладони с когтями, короткие смешные ноги и ступни, не сильно отличимые от рук.

А вот морда вытянутая, с клыками, желтые глаза, узкие ноздри. Чем-то напомнил тех смешных зверей, которых мы видели в цирке летом, они там еще прыгали через обруч. Их, по-моему, звали «обезьянами», живут далеко на юге, в густых лесах. Но этот был куда выше, больше и, судя по клыкам, злее. Да, Агни права, нордапа узнаешь сразу же, тут спорить не с чем. Проблема лишь в том, что он меня тоже заметил, словно ни отсутствие солнца, ни ветер не мешали ему меня видеть.

Он смотрел на меня так же удивленно, как и я на него, словно не понимал, что человек забыл в этом ущелье, под мостом. Да, нордап, я тоже этого не понимаю. Надо отступать, драться на этом уступе еще опаснее, чем лезть на колонну.

И тут заметил, что шерсть нордапа, сбоку, на брюхе, вся алая. Раненный зверь еще опаснее, делать тут нечего.

Нордап тем временем заерзал на месте, взревел от боли и попытался сильнее прижаться спиной к скале.