И загорится снег

Мужчина, кивнул головой, полез в стол и достал оттуда лист бумаги, чернильницу и перо, положил перед собой, а затем сказал: - А как на счет вам лично, господин де Нибб, поработать?

- О чем вы?

- Я предлагаю вам лично поработать, раз уж все равно без дела сидите. Дело исключительной важности для нашей с вами партии, как вы понимаете. Дело не только важное для нашего общего дела, свободного Мирея, но и хорошо оплачивается. – Сказал он, понимая, что наемника светлыми идеями не привлечь, а вот золотом вполне можно.

Да, он думает обо мне именно так, как и должен обо мне думать. Идеи идеями, но кушать хочется всегда.

- Меня одного? Но почему именно меня?

- Ну, не только Агни знает, что было в Ратарте, наша партия узнала, что там себя очень хорошо показали «горные лисы», не только как умелые бойцы, но и как люди, верные буквам договора. Особенно хорошие отзывы были об одном юноше, который сражался словно пещерный лев при штурме дворца. И каково было наше удивление, когда мы узнали, что этот юноша разделяет наши взгляды, так еще и состоит в одной из столичных ячеек партии! Сами понимаете, де Нибб, такой шанс упускать нельзя было.

Согласны поработать? Работа как раз на зиму. На благо нашей идеи, естественно. – Сказав это, он макнул перо в чернила, быстренько что-то написал на бумаге и передвинул ее мне. Я глянул на то, что там написано, и сказал: - За эти деньги можно нанять небольшой отряд, господин ле Тонт.

- Я знаю, де Нибб, но я предлагаю эти деньги вам одному.

Золотом, естественно, а не долговыми бумагами. Им, как знаете, доверия нет никакого. Нам для этого задания нужны именно вы, господин де Нибб, наш сторонник, который будет не только за золотом гнаться, но и разделяет наши идеи.

- Позвольте мне подумать, господин ле Тонт, да и надо узнать у командира, смогу ли я отлучится из столицы на зиму.

- Конечно, конечно, де Нибб, как скажете. Завтра к полудню я надеюсь получить ответ, приходите сюда, в магазин Лакара, я будут вас ожидать.

Мы попрощались, пожали друг другу руки, я взял Агни под руку, и мы покинули магазин толстяка. На улице уже давно стемнело, пошел несильный снег, хотя ветра не было. Зима в этом году пришла рано, словно не хотела больше ждать ни мгновения.

Я взял Агни за руку, и мы медленно пошли прочь, вдоль улиц вечернего Кессада, столицы Мирея, самого крупного и густонаселенного города, который, даже сейчас, во время снега, вечером, гудел, словно пчелиный улей.