Школотрон 2. Убойные каникулы

Она пялилась на меня, как на смертника. В глазах девушки застыл напряженный вопрос. Но я не спешил говорить, а лишь спокойно направился в кухню.

Там сел, как ни в чем не бывало, решив подкрепиться перед боем, чтоб набраться побольше сил. Главное не есть слишком много, чтобы все устаканилось, и живот не сделался шаром.

— Обалдеть! У нас японская кухня? — ахнула Инга, когда вошла в комнату.

— Да... — процедила Анна. — Это Марк, не сказал откуда принес.

— Хм, он вечно не говорит и приносит, — промямлила Ини, садясь за стол.

Какое-то время все ели молча. Но в воздухе ощущалось напряжение, как перед скорой атакой. И вскоре оно вылилось в неприятный вопрос Анны, адресованный мне.

— Ты опять куда-то пойдешь? — нервно спросила она.

Ини вытянула шею и посмотрела на меня так, будто я умирал. Да уж, совсем без палева. Хорошо, что у меня иммунитет к таким взглядам.

— Нет, не пойду, — сказал, недоуменно пожав плечами. — А с чего я должен идти?

— Ну... ты же хотел, — чуть слышно произнесла Инга. Вот сучка, специально меня подставляет!

— Ни с чего, — сказала мама.

Последние слова мама выпалила твердо, как бы подчеркивая, что спорить бессмысленно.

— Эй, ты чего? — рассмеялся в ответ. — А если мне прогуляться захочется... после еды. Врачи говорят, ходить надо, чтоб кишки к позвоночнику не присохли.

— Нет! — ахнула Ини.

— Дорогая сестра, заткнись нахер, — мило улыбнулся я.

— Марк! Вот опять ты... стал не таким. Так нельзя. Все, достаточно. Ты связался с плохой компанией, сын. Или может... даже страшно представить. Потому сиди дома, а дальше я все решу, — запричитала мама, размахивая руками, и чуть не смахнула со стола чашку чая.

— Осторожнее, мам. Погоди. Смотри, горячее разольешь, — участливо сказал я.

— Насчет горячего, Анна. Давайте продолжим кушать, ага? А то, что мы все, это самое, — наигранно хихикнула Ини.

Да уж, меня крепко держали. Вроде в цепи не заковали, но я чувствовал, что не могу даже пошевелиться. Что ж, хорошо. Придется чуть поднапрячься. Кто сказал, что будет легко?

Я решил затаиться, чтоб не раздувать сильный скандал. Сделал вид, что действительно никуда не пойду.

Какое-то время, мать за мной наблюдала. Вскоре она поняла, что я снова стал «Марком», перестав играть роль бунтаря. Тогда женщина взяла кружку с чаем и сделала пару глотков.