Целитель

Вытащил плетением слиток на металлический лист у камина, остудил, прежде чем подхватить и снова взять в руки.

— Сможешь разделить?

Она подкинула слиток в руке, примериваясь к весу.

— Смогу, но не в один день. Нужно время, измельчить, и чтобы прореагировало полностью. И…

— И не бесплатно, само собой, — кивнул Альмод. — Сколько?

— Десятину серебром по весу.

— Золотом.

Она недоуменно подняла бровь. Потом улыбнулась.

— Кажется, поняла.

В столице серебро меняли к золоту как один к десяти. В Мирном золота водилось вдосталь, а вот серебро — только то, что привезут с собой новоприбывшие.

Меняли один к пяти, а то и дешевле. Так что Альмоду выгодней было расплатиться золотом.

— Хорошо, золотом. Вечером скажу, сколько времени займет, надо взвесить точно и посчитать.

Он кивнул.

— Можно ведь будет залить реактивом и взять сосуд с собой? Есть вероятность, что тебе придется уехать из Мирного на участки раньше, чем собиралась.

Рагна нахмурилась.

— Можно, но зачем? Не темни.

— Долго объяснять, а меня ждут. — Альмод не удержался, чтобы не поддразнить пацана, обнял Рагну, легко коснулся губ. — Вечером все расскажу.

Сама поймет, наверняка. Ивар, вон, уже понял, по лицу видно. Эйнару пока не до того, бесится.

— Дифтерит, значит? — негромко спросил Ивар, когда они вышли из трактира.

Альмод кивнул.

— Хорошо хоть, не оспа, — продолжил Ивар. — К нам как-то ее завезли, целители еле справились. А что среди пустых творилось…

Наверняка в первую очередь занимались офицерами и одаренными — теми, чью потерю будет восполнить труднее всего.

А кто тех пустых считает? Бабы еще нарожают.

Альмод мрачно хмыкнул.

— Оспу я бы и не пытался сдержать, при ее заразности. Осталось бы только запретить впускать и выпускать людей из города и ждать, чем дело кончится. А тут, может, выйдет.

— Да, дифтерит — тот больше по детишкам, а детей тут мало.

— Взрослым тоже достанется. Толпа народа в одном месте, с едой не так чтобы здорово, и у многих здоровье подорвано на прииске.

Мало не покажется, если болезнь развернется. Но, может, успеем остановить.

А, может, и нет.

Харальд и в самом деле до сих пор торчал в том, что осталось от подвала. Бревна давно растащили, половицы сгорели, дыра в полу, которая туда вела, была наспех прикрыта дощатым щитом. Сверху любопытный глаз видел лишь отблеск света изнутри. Два мордоворота караулили снаружи — надо же, и их вниз не пустил.