Целитель

— Зарежет, как пить дать зарежет! — причитал тот же голос. — Да что ж это деется!

Альмод ухватил нож за самый кончик, точно перо. Подвинул ребенка так, чтобы голова запрокинулась, левой рукой прощупывая хрящи гортани. Творец милосердный, до чего же все мелкое!

— Да что ж вы смотрите, мужики! При всем честном народе нечисти жертву приносит!

Альмод не глядя отшвырнул кликушу: копаться в разуме — впрочем, он здорово сомневался, что у бабы вообще есть разум — было некогда. Визг взвился до нечеловеческой высоты и стих.

Что-то зазвенело — кажется, опрокинулся котелок.

Нащупав нужный хрящик, Альмод воткнул в него самый кончик ножа.

Кто-то помянул Творца, кто-то демонов, кто-то рванулся к нему. Альмод поднял голову, рявкнул:

— Прочь!

Люди шарахнулись, точно испуганные лошади, тот, что оказался ближе остальных, так отчаянно кинулся назад, что потерял равновесие.

— Первого, кто сделает хоть шаг ко мне, убью, — предупредил Альмод.

Вставил стержень пера в рану, еще одно перо. Третье? Нет, некуда.

Кто-то шевельнулся. Альмод уронил на него галлон воды. Мужик скорчился, воя в ужасе. На краю поля зрения кто-то понесся прочь.

Ребенок не дышал. Альмод выругался, подтолкнул почти угасшее сердце. Дернулись ребра, раздвигаясь, засвистел воздух, проходя сквозь перья.

Альмод на миг прикрыл глаза. Снова потянулся к нитям. Заколебался. Может быть, стоит убрать пленки тем же плетением, которым он убивал попавших в тело тварей, а потом вычищал вызванное ими омертвение? Сумеет ли он плести настолько точно? Одно дело — поймать довольно крупную, в четверть дюйма диаметром, тварь, другое — осторожно пройтись по самой поверхности оболочек дыхательных путей.

До чего же все маленькое, просвет под голосовыми связками меньше пятой части дюйма, и это без поправки на отек. Зачем Творец вообще создал детей? Пусть бы все появлялись на свет уже взрослыми! Было бы куда меньше хлопот.

Он снял отек; поколебавшись еще полмига, все же решил рискнуть, хотя бы убрать дрянь по самому центру просвета, чтобы было куда дышать.

Стиснул зубы. Полминуты, пусть Творец даст ему полминуты, во время которой ни один болван не попытается «спасти» ребенка! Потом будет проще — запустить восстановление там, где сейчас остались омертвевшие от заразы ткани, выровнять ритм сердца. Полминуты — и только бы не промахнуться! Ловить тварей в груди Нел и то было не так сложно.

Он не промахнулся. Поняв, что получилось, на миг обмяк, едва не выпустив ребенка.