Технарь

Прогулки под лунной, научили меня использовать окружающие меня воздушные потоки, то есть я становился буквально быстрее и ловчее. А кружка, как я понял, дала возможность использовать магию огня, дабы мои атаки стали более убийственными.

Но самоё крутое, это что при использовании любой из этой способности, моя кожа, вернее, какая-та духовная оболочка поверх неё, окрашивалась в определённый цвет. Например, воздушное заклинание светилось серым. Огненное заклинание имело насыщенный красный цвет. А при использовании молнии в отражение зеркала отражались искрящаяся искорки в глазах.

К сожалению, наше взаимоотношения ограничивались только этим. На все задаваемые мной вопросы, я получал скупое ничего. А мои попытки вывести его на разговор, заканчивались валянием меня в грязи. Да я стал сильнее, но даже коснуться Харитона не могу. Но всё изменилось на седьмой день моего заключения в этой тюрьме.

Во время обеденного перерыва, когда я, за обе щёки, уплетал котлетки с пюрешкой, ко мне с Харитоном, за обеденный стол, подвалил какой-то мутный хмырь.

— Слышь, Новичок, дело к тебе есть, — эта туша, даже не спросив разрешению, плюхается на соседнее со мной место, прямо напротив Харитона.

— С гопотой и быдлом дел не веду, — перестаю уделять ему внимание, у меня есть гораздо важные дела, картошка просто тает во рту.

Не успею я подчерпнуть очередную ложку пюре, как в мою тарелку летит харч. Ладно, простим неандертальцу его манеры. Откладываю практическую пустую тарелку с едой. Пора приступить к сладкому, а именно десерту. Две соединённые печеньки, между которыми тонким слоем намазано сливочное масло. Ням! Просто впадаю в астрал от качества местной кулинарии на зоне.

Ещё один плевок, прямиком в моё сокровище! Ну, собака, я так это не оставлю.

— Хи-хи-хи, ну что готов базарить, опущенный? — натурально ржёт уже почти мертвец.

Не вставая, не меняя позу, без размаха, просто поднимаю локоть. Усиленный элементом огня и ускоренный заклинанием воздухом. Ну кто же виноват, что мой локоть так удачно встречается с его челюстью? Знакомый хруст, болезненный вскрик и на стол плашмя падает бездыханное тело. Моей сокамерник даже и бровью не повёл, принял это как должное.

Однако все остальные разговоры в столовой затихли. Не каждый день здесь убивают человека.