Технарь

— О-о, это же знаменитая парочка из шестисот шестьдесят шестого барака, — замечает нас охранник, к которому мы держим путь, — 228-69-322-420 и Харитон, — стой! Почему меня по номеру, а к напарнику по имени?

Учитель выходит вперёд и обращает на себя внимание.

— Мы хотим-ка пройти отбор на фронт, — стальным голосом заявляет сокамерник.

— Харитон, ты уверен? — господин, начальник бросает на меня взгляд. — Это будет уже в пятнадцатый раз, — а-а-а?

— В этот раз получится-ка. Он крепче предыдущих и не сломался от моих тренировок, — я здесь вообще пустое место, что ли?

— Дело твоё.

Но помни, попытка даётся всего лишь один раз в год.

— Я знаю. Я уже, да и он, — указывает на меня рукой, — принял-ка решение. И мы от его не отступим.

— Парень, ты в этом уверен? Ты не смотри на него, как на святого, за его спиной полно надгробий. Хорошо подумал? — обращается ко мне или больше пугает.

— Да-да, подавай сюда этих Сержантов на серебряном подносе. Максимка домой на волю хочет, — достал уже этот разговор. Я, что ли, зря жилы рвал последний месяц, чтобы спасовать перед самым концом? Ну нет!

Больше уговоров не потребовалось.

К нам подошёл другой охранник и велел следовать за ним. Мы прошли территорию бараков, столовой и входим в одно из двух административных зданий. Проходим с Харитоном досмотр, затем подходим к лифтам.

— Дальше сами. Вам надо на минус третий этаж. У меня важные дела, — сказал сопровождающий и был таков.

Вот так взял и ушёл, предоставив самим себе? Так это отличная возможность для побега.

Здесь наверняка есть план местности тюрьмы. Можно взять в заложники административный персонал. По идее, здесь ещё находятся больничка и морг. Жалко, что мой поток фантазии прерывает нога сокамерника, так удачно разместившаяся на моём ботинке.

— Понял, понял, не дурак. Не собираюсь я свинтить. Ты мне лучше расскажи, что это было там, во дворе? Где твои предыдущие напарники? — всё же история (да и разговор) была неприятная. Как бы я ни был уверен в собственных силах, но всё-таки тяжело осознавать себя не исключительным, а всего лишь пятнадцатым.

Может, я для него просто очередной юнец для жатвы? А я уже подумал о зарождающейся мужской дружбе.

— Те были-ка слабаками. Неспособные выполнить-ка и освоить и треть от того, чему я учил, — смотрит на меня честными глазами. — Ты же выучил всё, что я могу дать.

— Так я же, по твоим словам, Слабак, — нажимаю на кнопку вызова лифта.

Заходим в открывшиеся створки и нажимаем на самый нижний этаж. Минус один.