Доспехи демона. Крылья.

Я снова перевел взгляд на конунга:

- Не знаю, чем у вас тут клянутся... Но я даю слово, что я не убивал Тину. Мало того - я ее даже не видел с того момента, как закрыл глаза и заснул. Именно поэтому я и хочу осмотреть место преступления, что это может дать какое-то понимание произошедшего. Я не могу представить, чтобы у кого-то из жителей аванпоста, у кого-то из тех, кто знает Тину давно, могла подняться рука на нее.

- Вот именно - ни у кого! - снова завопил за спиной Гаррет. - Тину все любили! Все, кто знал!

- Гаррет! - снова гаркнул конунг.

Но Гаррет его не слышал. Он продолжал орать мне в спину:

- Любой, кому в голову пришла бы мысль хотя бы навредить Тине - сразу сам себе сломал бы руки, лишь бы только этого не допустить! Нет ни одного человека в этом аванпосте, кто мог бы пойти на такое! И тем более - нет ни одного человека, который смог бы вот так разорвать ее на куски, как бешеный шакал!.. А вот кто-то пришлый!..

Я сжал кулаки и развернулся к истерящему Пико...

- Гаррет, покинь мой дом! - громыхнул конунг.

Остынь. Сейчас нам война не с руки.

Точно. Не стоит начинать чесать кулаки о рожу этого дурака, тем более, на глазах конунга и всей местной солдатни. Это явно сыграет не то что не на руку мне, а вовсе против всего того, в чем я только что пытался их убедить.

Старик тоже все понял, кстати. Именно поэтому он и попросил убрать этого дурака.

Солдаты вытолкали своего командира за дверь, и конунг снова перевел взгляд на меня:

- Прошу прощения за Гаррета, он.

- Истеричка. - я сделал неопределенный жест рукой. - Мне плевать.

Конунг снова нахмурился, но спорить не стал:

- Говоря честно, еще вчера я бы казнил тебя без суда и следствия, за весомостью всех улик. Попытался бы казнить, ведь вчера я еще не знал всех твоих возможностей, Белый Гвардеец. Попытался бы казнить просто для того, чтобы сохранить в людях спокойствие и веру в правосудие. Веру в то, что любое преступное деяние будет наказано. И сейчас все указывает на твою личность слишком явно для того, чтобы это игнорировать, и, как бы ни звучали слова Гаррета, в них есть здравое зерно.

- Есть. - согласился я. - И на вашем месте я бы сам стал себя подозревать. Но я повторяю - я этого не делал.

- И я тебе верю. - кивнул конунг. - После того, что ты вчера сделал для аванпоста, представить, что ты совершишь такое ужасное преступление... Просто невозможно! Но и игнорировать все явные улики - невозможно тоже.