Выбор

Её грудь пересекал шнур.

— Сейчас ты сделаешь самую большую глупость в своей жизни. Твой учитель говорил правильные вещи, про смирение, про добродетель и про что эти старики ещё любят болтать. Уйди.

Тинатин открыла деревянную крышку сумки и пробежалась пальцами по рукоятям ножей, после чего медленно встала в стойку. Ножи выплыли из своих кармашков, закрутились в кольцо, после чего сцепились в стальную змею. Обвились вокруг девичьей руки, оплыли за спиной и повисли в воздухе ровно за головой Тинатин. С лица Линна сошло снисходительное выражение:

— Так вот из какой школы старик.

.. Ну что ж, действуй.

Тинатин видела как быстро двигается этот нескладный на первый взгляд толстяк и решила использовать главное преимущество — дистанцию. Стальной вихрь бьёт дальше чем рука и чем меч, остаётся лишь вывести противника из равновесия и найти дыру в защите.

Спряжённый из ножей хлыст обрушился на Ланна, однако тот с поразительной лёгкостью отбивал каждый взмах, лишь немного меняя положение клинка и с каждым ударом подходя всё ближе и ближе к Тин.

Его движения были сухи и скупы, мужчина ничем не выдавал слабость или усталость. Для Тинатин оставалось лишь одно...

«Вот теперь», произнесла она про себя. Секретный приём... У каждого хорошего бойца должен быть секретный приём. Внезапный, неожиданный, кто-то даже скажет, что подлый, но это приём приносит победу в бою. Противник не ожидает такого приёма — да и не должен. Нужно лишь поймать его в нужное время в нужной ситуации. Для Тин это был «Бросок змеи», как она называла.

После широких ударов хлыста враг всегда пытается прорваться вперёд, рассчитывая, что долгие замахи дадут ему время для ответного удара... В этот момент клинки должны распасться, а потом соединиться в стальное жало вокруг копья-ладони и пронзить противника.

Ланн пристально смотрел за каждым движением этой девочки. Клинки перетекали то в хлыст, то в кольцо, пытаясь разрезать его резкими и плавными накатами своих бритвенно острых волн. Сама Тинатин кружилась как в танце, управляя потоком ножей движениями ладоней.

Что ж, девочка хороша, стоит это признать. Значит, пора поймать её на горячности.

Удар хлыстом снизу выбил руку Ланна с мечом наверх, и в этот же миг противница нырнула вперёд, увлекая отставшие лезвия за своей спиной. Блестящая на солнце змея прошла между её лопаток, спиралью завилась вокруг правой руки и устремилась прямо в сердце. Ланн выставил вперёд открытую ладонь левой руки.

«Не может быть».