Костяной Скульптор. Том 8

Но уж с кусками земли, сыплющимися на голову, я справлялся без особого труда, разве что взбираться по спине пернатого змея стало сложнее.

Так, разрушая местный ландшафт и, вроде как, сровняв с землёй парочку деревень, мы провели ещё несколько минут. Я успел взобраться ещё метров на пятьдесят, оказавшись между второй парой крыльев, прямо посреди тела кетцалькоатля.

И в этот момент тварь, похоже, наконец, осознала, что я противник куда опаснее, чем всё, с чем она встречалась до этого. К тому же теперь изгиба её тела, похоже, хватало, чтобы согнуться восьмёркой и достать до меня как покрытым перьями кончиком хвоста, так и зубатым клювом.

Он, наконец, остановился где-то посреди устроенного разрушения, что, определённо, было мне на руку, так как расчистился обзор, и больше ничего не било меня по голове.

Ничего, кроме похожего на огромное опахало хвоста, а ещё челюсти, напоминавшей разломанный напополам остов галеона. Лучшим решением было бы просто соскочить с его спины, тем более что зверюшка теперь уже явно боялась меня и, скорее всего, бросилась бы наутёк, а не попыталась меня сожрать.

Однако после стольких приложенных усилий я не собирался отступать. А если я выдерну крюки из его тела, догнать улепётывающего кетцалькоатля будет нереально.

Так что пришлось, проявляя настоящие чудеса изворотливости, широкими прыжками уворачиваться от атак, перебираясь то на бок, то на брюхо пернатого змея, не забывая при этом продвигаться ещё и вверх по его телу.

В какой-то момент, где-то через минуту после того, как я добрался до передних крыльев, изворачивающейся под всеми возможными углами шеи стало недостаточно, чтобы он мог достать меня пастью.

И, несмотря на то, что атаки хвостом стали куда мощнее и разнообразнее, угроза заметно снизилась. А ещё минут через семь я, наконец-то, добрался до его головы, уместившись ровно между глаз кетцалькоатля.

В ту секунду, когда я, превратив один из крюков в длинный тонкий шип, вогнал его в череп пернатого змея и добрался до кости, тварь словно взбесилась.

Но вместо того, чтобы навредить мне, она лишь с каждым ударом всё глубже и глубже вгоняла в себя Гуйар. Я, естественно, тоже не оставался в стороне, помогая ему не слишком сильными, но чувствительными ударами.