Костяной Скульптор. Том 8

— Вернёмся к этому разговору где-нибудь через полчаса…

Надо сказать, что просто пытать кого-то для получения конкретного результата, и пытать кого-то потому, что искренне желаешь этому кому-то страшных мучений — это две совершенно разные вещи. А когда, скажем так, приятное объединялось с полезным, становилось вообще замечательно.

Паладинша, с которой я расправился за одиннадцать минут, к концу была похожа на выжженный уголёк, потому что я не заморачивался и использовал чёрное пламя на всём её теле.

В случае Альталета спустя полчаса я закончил лишь с его левой голенью.

Это было немного менее эффективно в плане интенсивности причиняемой боли, но растягивание процесса усиливало предвкушение от будущих страданий, причём как для меня, так и для инквизитора.

Вот только Альталет, похоже, этим предвкушением вообще не проникся. За все полчаса пытки он не издал ни единого звука, несмотря на то, что был бледен как смерть и обливался по́том. Что тут можно было сказать… Воле инквизитора стоило только позавидовать.

— М-да, ты — крепкий орешек, ничего не скажешь.

— Просто… убей… меня… я всё равно… ничего… тебе не скажу, — каждое слово он выплёвывал словно страшнейшее проклятье.

— Даже если бы мне от тебя ничего не было нужно, я бы всё равно не отпустил тебя на тот свет так просто. И ты ведь должен понимать, что я найду этих двоих в любом случае, не сегодня так завтра, с твоей помощью или без неё. Так зачем же упираться?

— Потому что… с проклятыми… богами… тварями… нельзя вести… дел.

— Ой, серьёзно? Тут нет никого из твоей многочисленной паствы. И ты всё равно не хочешь признавать, что ваши так называемые боги — просто выдумка? Если ты не заметил, у нас тут конец света в самом разгаре, где же твои боги?

— Боги… не дают людям… испытаний… которых…

— Которых они не могут вынести, бла-бла-бла… я с таким же успехом могу придумать сотню божков и начать проповедовать веру в них.

— Тогда… что такое… святая сила… если не… деяние богов?

Я хмыкнул.

— Да, это хороший аргумент.

Главный ваш аргумент, по сути. Не будь святой магии — и церковь света должна была бы развалиться по кирпичику много тысяч лет назад. Вот только святой эту силу назвали вы сами. По сути это не более чем энергия, противостоящая запретным силам. Кто вообще сказал, что её вам даровали какие-то там боги? Может быть, это просто логичный антипод энергиям монстров, по умолчанию существовавший с самого начала времён. Ведь реальность любит баланс.